Всем жертвам судейского произвола, посвящается.
Однажды, в студеную зимнюю пору,
Сижу за решеткой в темнице сырой.
Гляжу, поднимается медленно в гору
Вскормленный в неволе орел молодой.
И, шествуя важно, в спокойствии чинном,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
В больших сапогах, в полушубке овчинном
Кровавую пищу клюет под окном.
- Здорово, парнище! - "Ступай себе мимо!" -
Клюет, и бросает, и смотрит в окно
- Откуда дровишки? - "Из лесу, вестимо"
Как будто со мною задумал одно
В лесу раздавался топор дровосека.
- А что, у отца-то большая семья?
Зовет меня взглядом и криком своим:
"Семья-то большая, да два человека" -
И вымолвить хочет: "Давай улетим!
Мы вольные птицы; пора, брат, пора!"
- Так вон оно что! А как звать тебя? – "Вигой" -
Туда, где за тучей белеет гора:
"Ну, мертвая!" — крикнул малюточка басом,
На эту картину так солнце светило,
Туда, где синеют морские края,
Как будто все это картонное было.
Туда, где гуляем лишь ветер... да я!..
