КАРТА ЮГО-ВОСТОК
P.S. Карты выложены до 9 главы. Поэтому на них пока не отмечены столица Шумарья на юго-востоке. Интернациональное княжество на северо-востоке. Иво Дзима - Лион в Нейстрии, Украина, Татария, Испания и некоторые другие места, а также не нанесены новые ресурсы и местности. Что обязательно будет сделано.
карта Юг фрагмент в большем формате
http://filesdnld.civru.com/play/1032...(fragment).jpg
карта ЦЕНТР большая
http://filesdnld.civru.com/play/10327/003_111.jpg
http://media.civilization5.ru/(Illus...Центр.jpg
карта ВОСТОК большая
http://media.civilization5.ru/(Illus...осток.jpg
обе карты
http://forum.civru.com/index.php?act...=10327&page=25
Часть 11. 5. ИСПАНИЯ ( 18 + )
Арабы обрели второе дыхание, гордый красивый народ шёл завоёвывать Европу, с новыми почерпнутыми из неведомых глубин силами, с огромным войском они предприняли небывалые переходы и ночью осадили крупные испанские города. Армия сарацинов халифа Бади Альманзора захватила Сьюдад-Реал, город защищали немецкие рыцари-крестоносцы, командовал сам Кайзер. Халиф видел, как смело сражается Кайзер, недолго думая, достал свой арбалет - кованый стальной болт в фунт весом, пущенный из него, на ура пробивал за сто шагов бранденбургскую гвардейскую кирасу, Альманзор лично азартно и с удовольствием перешлёпал отчаянно сопротивляющееся окружение немецкого лидера. Кайзера взяли в плен, когда его привели к халифу, Бад сказал:
- Что с ним делать, его народ выбрал другого вождя и этот больше не кайзер? Какая досада только поймали, а уже не нужен, простой раб!
Пленный попытался что-то сказать, но ему дали поддых и увели.
Армия султана Тимура Эллухайтэка подошла к древней столице. Вид на Толедо, воспетый Эль Греко поразил берберов – словно загадочный, сумеречный ощетинившийся строениями огромный воин разлёгся между холмов и на берегу Тахо и множество его глаз пытливо смотрят на гостей, спрашивая - ´а с чем ты пришёл?´
- Такого красавца надо заполонить и сделать мавританской столицей! Или оставим его испанцам? Что скажите мои воины? Громче! Я вас не слышу! - Тимур хитро зажмурился, глядя на дремлющий Толедо.
- Бъёмся братья?
- Бъонсе платье! - раздалось в ответ.
Тогда Тимур высоко поднял над головой две руки, чтобы армия увидела оба султанских джамбия́ — восточных кинжала, с широким загнутым клинком без гарды, сильно выраженными средним ребром и режущими кромками для придания жесткости и прочности. Ни птиц, ни животных, ни людей, лишь символы победы и веры, позолочёные на кинжалах - для берберов были непременным условием успешной атаки. Осаждали задумчивый город и с помощью разных осадных орудий. Испанцы, французы и нейстрийцы принимая оборону, произвели построение пехоты в круг ощетинившийся копьями – шилтрон. Кавалер Наци Хелльман выстроил Экспедиционный корпус, а баронет Ричард Занук вывел своих карабинеров. Схватка длилась двое суток, после чего Толедо был потерян испанцами и перешёл в руки султана.
Посвящение
О Ислам я верю в тебя!
Ты внушил мне веру в победу!
И живу я борясь и любя
По твоему лишь истинному следу
Восславим же мы догмы Магомета
Жизнь дарющие братьям-мусульманам
Для всех уроки правого завета
Пусть будут мичманом и капитаном
Песнь воспеваю в радость бытия
Живя, борясь и веря в Магомета
Так веруй же мой друг и брат как я
В святой ислам и вознесёшься к звёздам, как ракета.
К берегам Валенсии подплыла арабская флотилия. Каково же было наше удивление, когда мы узнали, что ею командовал небезызвестный Равиль Тинто Брасс. Большая часть кораблей миновала пролив, но пять отставших судов сожгла с помощью «греческого огня» прорвавшаяся в Средиземноморье фелука "Скидбладнир" воюющая под флагом Интернационала. Фелука парусно-гребная двухмачтовая с косыми парусами, очень скоростная и маневренная, с осадкой не глубже одного метра. Позже на ней ставили до 8 пушек. Лишь четыре оставшихся арабских корабля – два нефа и два кнорра вошли в порт Валенсию. Валенсия светилась! Да, да, именно так - город, озарённый мягким розовым свечением, спящий и совсем не готовый к натиску врага, если бы мы догадывались что так cветит над Валенсией – бесспорно победа была бы наша! Но здесь и сейчас только флотилия мавров разбудила валенсийцев в нежданный час!
Главным неприятным сюрпризом для Обороны стала Свежая Дикая дивизия, которую возглавил, негр-каннибал Сулима Мъяркур. Дикой дивизию называли по её составу - варвары, дикари, преступники, насильники, убийцы, разбойники, наёмники, британцы, арабы, американцы, негры, китайцы, японцы, евреи, украинцы, странные гоблины и даже несколько отвратительных орков. Это войско вызывало неприязнь и у своих, но появление его на испанских полях имело ошеломляющий успех. Дикое воинство, впервые за всю историю собравшееся в таком убийственном составе подошло к Валенсии. Испанцы сдавали рубежи и укрепления, так как разношёрстная толпа убийц, дикарей и особенно орков приводила в панику обороняющихся, и они просто терялись.
На башнях шести ворот Валенсии располагалось по мощному самострелу - луку выше роста человека, жестко укрепленному горизонтально на специальном круге, свободно вращающемся во все стороны. Костяные и металлические пластины делали лук таким упругим, что его не мог согнуть ни один, даже самый сильный испанец. Тетиву подолгу натягивали, зато стрела пробивала любую броню на расстоянии двух сотен шагов. Тетивы двух самострелов больших ворот басовито ухнули и воины на башнях бросились готовить их к следующему выстрелу. Ворота были надёжно защищены. Однако на подступах к городу Интербригада сдавала позиции. Земейки Симбалта произвёл баталию — построение пикинёров квадратом, образующее «лес пик». Жакоб Юозор вывел в бой крестоносцев-госпитальеров. Зазвенели мечи, гулко отвечали на удары щиты. Щит ярла надщербился и от следующего удара, расколовшись, упал. Рыцарь выхватил второй меч и попятился, интернационалисты, сомкнув щиты, опускают оружие, на миг замирают, и с очередным ударом барабана отбегают назад, открывая частокол пик.
- Держаться! С нами Бог! – громко приказал Юозор, его слышали и рыцари, и бойцы Интербригады. Обессиливший раненый ярл почти повис на древке хоругви.
И забряцали кольчугами, бахтерцами, латными перчатками, щитами и прочей снарягой положенной уважающему себя воину, металлические звуки бойни вовсе не какофония, а оружейная мелодия, звон металла создаёт пульсирующий ритм и похож на рок-музыку, на треш и симфонию под аккомпанемент барабанов и командирских криков. Жаль, что не записаны звуки войны – такие фонограммы хранились бы вечно! Багровое полотнище с ликом Христа хлестало по ветру. Несколько рыцарей и два десятка сержантов удерживали холм. Снизу, перекрывая рёв бури, улюлюкали дикие. Дважды они с песнями поднимались на штурм и дважды бежали прочь. Отряд держался из последних сил, на гордости и памяти боевых намешанных дедовских генов. Папский нунций пытался успокоиться в шатре молитвой, но слова путались, он дважды сбился, пока не бросил.
Сколько удивился я количеству пива, выпитого лихой дружиной Сида. Право слово, ничуть не вру - ни в одно сражение эти разудалые хлебатели эля не шли трезвыми. И, я думаю, что именно этому, да простит меня Сид, они обязаны своими победами, ибо движения их, не терявшие силы и стремительности, становились, так непредсказуемы, что победивший в поединке был порою более удивлен, чем побежденный. Альферес Сид не выпускал из рук свой меч Колада, добытый им у графа Беренгера Рамона Братоубийцы.
- Я не хочу здесь подыхать! - выкрикнул Ринс Хьюманоче, товарищ госпитальера. Он потряс друга за плечо. - Только не так, не на этих камнях, не сейчас! Надо прорываться! - Видать не хотелось ему после иезуитов погибнуть под ятаганом мавра.
Положение было настолько печальным, что русский посол обратился к капитану Субуре Шатэсу выступить на помощь гибнущим защитникам города. Егермейстер напомнил, что перед ним была поставлена задача, спасти и вывезти великих испанских художников, не отвлекаясь на войну с арабами – завяжешь всевозможные бои, на всём пути следования – и упустишь время и возможность спасения мастеров. Тогда Шатров просил дать ему меченосцев из отряда, и он сам пойдёт в бой. Кстати если переставить буквы в имени Егор – можно получить ´герой´, а ещё ´горе´. Зигфрид дал Георгию меченосцев.
Ненависть витала, ощутимо толкая на безрассудство, отчаянные столкновения слились в поток ужаса заливающий сотни дышущих последним сражением, любой выживший становился бы Ветераном с большой буквы и навечно мог бы гордиться этим званием! Взлетали окровавленные клинки, палицы с треском обрушивались на окованные сталью щиты, мечи торопясь рубили по мясу и по костям, на что-то надеясь вопили раненые и живые, непрерывно ржали прирученные и обезумевшие кони, а розовый свет над Валенсией опустился на землю растворяясь среди бойцов. Посол, молниеносно отбив крестовиной меча стилет, острием парировал клинок, падавший на плечо сверху. К вечеру бомбарды Диких окончательно развалили стену, и мавры ворвались в Валенсию. Торжественного штурма не получилось, началась всеобщая резня.
Валенсия была дважды преданным городом, в связи с чем, на её гербе появились две буквы L. Кафедральный Собор, к которому вели, в конечном счете, все дороги Валенсии, был главной местной достопримечательностью. Гигантских размеров прямоугольный колосс издали похожий своим видом на ограненный кристалл, в преддверии штурмовой недели начинал по ночам мерцать таинственным палево-персиковым светом, приводя и детей и взрослых в дикий восторг. Лишая работу фонарщиков всяческого смысла, ведь дивное сияние плыло над всем городом. Собор не имел конкретного названия и не был посвящен кому-то - Богу или его Святым, но считался главной святыней Испании. Символом послушания смертных Его мудрости - это было место, где хранится чаша, которая признана католической церковью в лице Папы Римского Священным Граалем. А вот ажурная колокольня собора известна под названием "Мигелете", она получила название от имени Архангела Михаила. Архангел Михаил – предводитель воинства небесного, шпиль десятиметровой высоты служит принимающей антенной этого энергоприемника (Грааля?)!
Секрет персикового света не удалось продержать в тайне и когда это стало известно, уцелевшие воины измученные и раненые, но как один лихорадочно пробирались на защиту величайшей святыни, Егор был среди них.
– Она в боковой части – часовне Святого Потира, – Пассионария показала в правую сторону. – Именно тут хранится Потир – его называют Святой Калис. Это чаша, выполненная из коралла или из агата. По преданию, из Калиса пил Иисус Христос во время Тайной Вечери. Свято́й Граа́ль — таинственный христианский артефакт из средневековых западноевропейских легенд, обретённый и утерянный, предположительно, чаша, в которую собрал кровь Иисуса Христа Иосиф Аримафейский.
И собор засиял! Остатки испанской гвардии ввиде испанцев генерала Сида, крестоносцев, интернационалистов и меченосцев выстроились на площади перед Валенсийским собором поклониться Святыне. Оставшиеся в живых плакали, глядя на сияющую Чашу Грааля. Вечно несгущающаяся святая кровь, чуть закрыв дно, божественно мерцала, даря своим детям-защитникам багровые, вишнёвые, огненные, багряные, пурпурные, алые, малиновые, оранжевые, бордовые, красноватые блики – каждому стоящему в поклоне перед Живой Легендой досталось прикоснуться к бликующей памятью Христа крови Его отданной за нас глупых и грешных. В продолжении жизни будут вспоминать чудо, тысячи раз пересказывая и дополняя увиденное новыми подробностями, это и хорошо, послушав такие сказки дети крепко спят, зная Чаша сияет и Он нас не оставит! Но Святыню надо было спасать!
Около сотни тяжелых франкских кавалеристов во главе с самим королём вступили в бой. Когда мавры появились на площади, удар тяжелых копейщиков альфереса Сида вышвырнул их обратно, в лабиринт узких валенсийских улочек. Затем испанцы, рыцари и интервоины построились снова, и встретили вторую волну арабских воинов. Так повторялось несколько раз, причем ветераны потеряли не более десяти человек, тогда как потери нападавших не поддавались подсчету. Шейху Мъяркуру пришлось бросить в бой свою элиту, отъявленных головорезов, которых к тому же этот негодяй расцеловал по людоедски взасос. После тяжёлых непродолжительных боёв альморавиды взяли Валенсию!
- А теперь грабьте и развлекайтесь! - кричал опъянённый успехом шейх.
Трупы были повсюду, на площадях, в коридорах, ведущих к Чаше, в комнатах, в парадной зале. Было видно, где шли неизвестные убийцы. Тут и там лежали, висели и полусидели, опершись о стены, изуродованные тела. Кровь заливала полы, ковры и стены, хлюпала под сапогами. Кровавые полосы раскрасили стены, исчертили мрамор полов. Но шейх мог быть доволен, потому что финал драмы был достоин древних богов и героев. Закрепляя свои завоевания, он провозгласил Государство Альморавидов. Альморави́ды — изначально название мусульманского религиозного братства в Сенегале и Сахаре, затем основанное берберами государство в Испании.
Поднявшись на возвышающуюся на уровне третьего этажа коллонаду Собора Сулима Мъяркур дико заорал, его ужасный голос пробирал до костей:
- Подайте мне почки кардинала!
На его зов подать почки кардинала Испании Венсерэлло, нечего было ответить, и ему подали бараньи почки, выдав их за кардинальские, чтоб успокоить. Шаха ему не дали, халиф и султан воспротивились - только шейха. Он упоённо рассматривал роскошное убранство Собора дважды преданной Валенсии. В прошлый раз – а это было, чёрт знает, когда его сюда не пустили, когда он пробирался за кровью Христа. Мусульманину нечего было делать в католическом храме. Что ж, теперь он сделает так, что в этом храме нечего будет делать христианам.
Ему и его воинам подавали паэлью — типичное валенсийское блюдо с курицей, с кроликом, иногда с улитками, с мясом и морепродуктами или вегетарианское – зелёную, белую фасоль, красный перец, артишоки, рис или вермишель. Захватчики устроили пир прямо в Храме, вместо крови Христа они разливали багрово-красное вино. Декан и каноник стояли на коленях, их головы держали согбёнными до земли слуги Мъяркура. Декан - священнослужитель епархиального кафедрального собора, состоящий членом Капитула, должностное лицо, помогавшее епископу в управлении, старший священник, наблюдающий за группой приходов. Каноник кафедрального Собора Рождества Девы Марии, отличительным знаком каноников является моццетта — короткая накидка с капюшоном и обшитая фиолетовым кантом, которая охватывает плечи и застёгивается на груди. Полностью фиолетовую моццетту носят только каноники, посвящённые в сан епископа.
- Куда дели чашу, изверги? Как можно такую святыню уносить из храма? Кто вам это позволил индюки надутые. Что вы всё трётесь вокруг сына божьего, лицемеры. Жлобы в рясах, морды понаели, пуза еле переваливаете, крестами золотыми пообвешались. Что вы народ то мучаете, сжигаете, грабите, обманываете, вы его наоборот должны защищать, а вы только сильным жопы лижете, христоспродавцы. Так и будете Святой Грааль вечно прятать от людей, как и счастье. Да ну вас к чёрту! - Мъяркур безнадёжно махнул рукой и огненное пламя в глазах не вырвалось наружу.
Дьявол в обличье Мъяркура отвёл взгляд от поникших архиереев. Они что-то запричитали на два голоса, и это была, конечно, молитва.
- Вот-вот, натворили делов, теперь молитесь. Не будем заканчивать на этом извечную комедию.
Дьявол, а иначе не назовёшь это создание, Сулима Мъяркур махнул рукой своим:
- Зовите этих.., балаклав! Девки вперёд отхлестайте этих отцов за все их огрехи!
Пуссирайят в топлесс в шесть сисек отхлестали десяток попов выстроенных в шеренгу по щекам, те, однако молились.
- Ну вот, совсем другое дело и щёки порозовели, исправляйтесь, любите людей, как любит их Бог! А я помогу вам стать мучениками.
Священников, двух страдальцев прибивали так на площади перед Собором – на две оглобли виде икса сверху голову, снизу одну ногу, справа другую и слева обе руки, так что получалось ввиде трапециевидного ромба. Сулима приказал казнить и своих, кто слушал его, зачем лишнее знать людям, решил дьявол во плоти.
- Мой господин! Мы нашли отряд с чашей и преследуем их! - радостно доложил ему орк.
- Ура! Мы победили! Щас я им устрою вакханалию, переходящую в апокалипсис! - радостно заорал Мъяркур. – Всё, нам здесь делать нечего! А вот это ты видал? - неожиданно показал он себе и всем ядрёный каштановый кукиш и важно продолжил:
- Оставьте их! Пусть прячут – это бесценная реликвия и я не хочу чтобы плакала земля, пусть ни в этот раз, - Сулима обречённо опустил голову, - Кто хоть спас Грааль, самому интересно.
- Да двенадцать человек, двое у них командиров, больше никого и нет, убегают!
- Пусть убегают, и ты орк не лезь в эти дела! Не твоё это собачье дело! - шейх раздосадованно полоснул плетью здорового молодого зелёнокожего и преданного орка, тот согнулся от боли, но стон зажал в зубах, упав на одно колено от силы удара. Мъяркур пнул его сапогом по лицу и ушёл, на этот раз, проклиная судьбу.
Потом привели и взятого в плен русского лейтенанта Ринса Хьюманоче, у которого горели глаза то ли от испуга, то ли от счастья.
- Значит русский офицер - интересно, какие вы на дыбе, да на костре, терпеливые? Рассказывай и мы оформим тебе британское гражданство, получишь виллу, пенсию и напишешь мемуары, денег у тебя будет много, тебя пропиарят, и ты станешь полезным в игре против России. На твоём примере покажут, как будут жить настоящие русские, сбежавшие со своих бараков, гулагов, из страны с человеческим лицом для кучки элиты и грязной жопой для всего остального вечно кинутого народа.
Наши враги, гады, поносящие мою Великую в Истории Родину такой гнусной ложью засмеялись довольные, что так очернили мой светлый край. Ринс Хьюманоче зажмурился, то ли от ужаса, то ли от правды, слушая их, а что ему ещё оставалось делать?
- Тебя отпустили иезуиты! Что это значит, объясни, мои ребята не верят, как ты смог выбраться? Жопу подставлял что ли? Тогда ты и у нас не пропадёшь?
- Русский признайся, и мы тебя озолотим по жизни! У тебя ведь есть очень большой секрет для шейха, да?!
Негр Сулима обошёл Ринса, принюхался и проговорил уверенно:
- Чую, пахнет большим секретом, британцы любят собирать перебежчиков, чем больше ты им расскажешь, тем дороже заплатят, теперь говори, что знаешь, давай же выкладывай мне на блюдечке с голубой каёмочкой свой секрет!
Лейтенант одёрнул портупею и вскочил вспыхнув:
- Как надену портупею, так тупею и тупею..
- Не прибедняйся! Всё будет у тебя и деньги и развлечения и комфорт, садись не прыгай.
Сулима силой усадил Ринса на стул. Офицер поёжился от зловещей хватки и поведал негру и маврам.
- Аббатство Чип Трик, там сокровища, но я хочу иметь долю с них.
- Во! Вот видишь, как всё просто, чувствуешь и самому легче стало, это я люблю! – Мъяркур обрадовался – это его стихия, не то, что Грааль и он замотал головой, стараясь забыть об упущенной чаше, которая сулила Победу и окончание шестой Игры.
- А как ты думаешь, если мы дойдём до России, украинцы на нашей стороне будут воевать? - шейх сделал невинное лицо и сглотнул слезу.
Лейтенант, а было видно, с каким трудом ему это даётся, стиснув зубы, промычал:
- Не знаю…
- Ну, не знаешь, так не знаешь, на нет и суда нет, может мы и не дойдём до России..
- Съесть тебя, что ли? - Мъяркур осматривал Ринса со всех сторон и пленник опять поёжился.
А дальше началось безумие. Когда ему подтвердили, что есть такое аббатство Чип Трик и там целая Навальная ценностей - Мъяркур вскочил на столы и начал дико плясать. Подхватив двух своих ординарцев, обнимая и тиская своего офицера, фамильярно и вызывающе, причём отвратительный дикарь и к тому же каннибал стал похлапывать того по заднице, и подмигивал Ринсу, который жутко вспотел от подобной несуразицы. У негра Сулимы спали штаны и в красных трусах абсолютный дикарь, варвар, каннибал, аморальный тип стал плясать на глазах у публики и пел:
- Вновь, вновь, золото манит нас! Золото манит нас как всегда!
Сцена была похабная, от обилия чувств у дикаря вздыбились красные труселя и он чуть не трахнул троих или трахнул, чёрт их знает. На этом аудиенция Ринса Хьюманоче у шейха закончилась, потому что там раздавались окрики, приказы и творилось что-то невообразимое.
Шейх Сулима Мъяркур решил идти к Барселоне, в монастырь Монтсеррат за сокровищами знаменитого аббатства Чип Трик. Дикая Дивизия разделилась, часть грабила и пировала в Валенсии, а другую шейх взял с собой на север к Монтсерратту. Этим воспользовался альферес Сид, которого испанцы уже называли генералом. Здесь и разыгрывались сражения, в которых Сид одерживал блистательные победы. Первой из них была дерзкая операция вдогонку уходящему за сокровищами шейху. Разведчики альфереса вычислили место, где можно было поймать ничего не боящегося и скачущего с двумя любимцами Сулиму. Сид напал из засады, ему помогали две дюжины бойцов. Адъютантов Мъяркура тут же растерзали в клочья, шейх самозабвенно бился, испанцы видели простому человеку нельзя отбиться от двадцати воинов, да и шейх не был идеальным солдатом, он много крутился, верещал, шипел, глаза его горели, от него шёл пар, а удары и движения были нечеловеческие. Но разом дружно набросились испанцы и опрокинули Сулиму. Тут уже генерал Сид, бойко нападая, выбил меч Тисона/Тизона из рук шейха. ´У моря с Мъяркуром Сид поравнялся, занес Коладу, сплеча ударил, повыбил из шлема карбункулы разом, навершье рассек, раздробил забрало, ото лба раскроил до пояса мавра, убил короля из заморского края, добыл Тисону, меч в тысячу марок, победу стяжал в бою небывалом, покрыл себя великою славой.´ Отныне меч Эль Сида, знаменитый по «Поэме о моем Сиде», будет принадлежать генералу. Меч, предположительно являющийся Тисоной, в данный момент хранится в соборе города Бургоса, родины Эль Сида, является национальным сокровищем Испании. В 1094 (?) году захватил Валенсию и стал её правителем. Сид обрёл легендарные черты и считался отважным рыцарем, сочетавшим храбрость и гуманность, поскольку он воевал как с христианскими тиранами, так и с мавританскими. Считается, что перед последней битвой с маврами Родриго был смертельно ранен отравленной стрелой и вскоре умер. Его жена облачила тело в доспехи и усадила на коня, чтобы его армия не пала духом. Так ли это будет – покажет время, а пока Сид свадебный генерал – потому что во всю, игрались накопившиеся за время боёв свадьбы, надо было успеть, чтобы у детей войны были отцы, хотя бы в памяти, а у воинов сыны, которые позже уж точно сменят их. За Валенсию Сид получил генерала.
Егор вместе с товарищами-аркебузерами оказался на левом фланге в первой шеренге. Позади, стояли арбалетчики, а за ними четыре линии воинов, вооруженных пиками. На флангах расположились отряды рейтаров. Левым командовал сам егермейстер, а на правом всадников возглавил сменивший ярла Юозора герцог Морфи.
Десница Иоанна Крестителя, сопровождаемая нунцием не покидала армию, и весь христианский народ вздохнул с облегчением - Святой Грааль был спасён благодаря вмешательству Десницы. На площади казни священников у Собора Чаши, фимиамы сгустились вокруг покаянного креста полупрозрачным облаком, архиепископ Иссус Монтелукаст принял с подноса серебряное распятие, взявшись налагать на памятник войны и веры троекратное крестное знамение. Он вдохновенно произносил слова сказанные Иисусом Христом при молении о чаше:
- Авва Отче! все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты. Аминь!
Маркита́нты — мелкие торговцы, сопровождавшие европейские войска в походах. Со времени появления регулярных массовых вооруженных сил и до организации системы регулярного снабжения армий играли ключевую роль в бытовом обеспечении военнослужащих. Также под видом маркитанток в европейских войсках работали проститутки. Негоциант — переговорщик, оптовый купец, оптовый посредник, коммерсант, ведущий крупные международные торговые операции. В широком смысле негоциант — синоним торговца вообще. Эти торговые сообщества, снабжающие обе стороны конфликта, имели огромные барыши их покупателями стали обе армии, несколько европейских дворов, обе Империи, вся знать, собравшаяся в Испании делить карту мира, церковь, 5 Орденов и прочие заинтересованные в различных товарах люди и организации. Фургоны, фуры, обозы и тарантасы нескончаемым потоком тянулись на испанскую землю, привозили и новое оружие, экзотические товары, новые для этих мест продукты питания, специалистов, рабов. Финансировали маркитантов и негоциантов банки Эссена, Базеля и Лондона. Так что деньги на компанию возвращались с процентами.
Отряды альфереса генерала Сида и офицера Земейки Симбалты контролировали провинцию Валенсия - дальше апельсиновые и мандариновые плантации, прерываемые заповедными зонами с реликтовыми деревьями и посадками средиземноморской березы. Уэрта – природная долина, простирающаяся на юг от Пусоль-а-Катаррока фактически до Альбуфера. Красота долины поражает роскошью растительного мира. Это огромный сад, раскинувшийся на площади в четыреста квадратных километров! Став в XI веке (?) непреодалимым заслоном мавританским завоевателям альморавидам, Сид множество раз проезжал здесь со своим войском. Озёра были тогда полноводнее, рисовые поля, разбросанные в Уэрта, забирают много воды, а в те далекие времена долина была самым лакомым кусочком Валенсии.
История пилигрима Морица.
На ладонь упала маленькая снежинка и, подняв глаза, я увидел, что звезды скрылись за тучами, с которых вниз на землю рассеивался мелкий легкий снежок. Это летели стерхи, небесные создания – живущие на севере России. Стерхи или белые журавли находятся в критической ситуации под угрозой исчезновения — их в природе осталось около 20 особей. Стерх гнездится исключительно на красивейшем Ясновельможном озере у наших некогда выжженных земель. По древней легенде с исчезновением последнего стерха кончится мир на этой земле и прежде всего в России, на родине этой незащищённой птицы. Мориц воспринимал эту угрозу как личную и шёл следом по пути перелёта белоснежных журавлей, словно оберегая, надеясь помочь им в местах остановки и отдыха. Он сам определял их маршрут каким-то особым чутьём – то ли дорога под птицами благоухала и светилась нежным лавандовым сиянием, да неужели этого никто кроме него не замечал? Каждый раз парень запрокидывая голову высоко в небо, с надеждой и живо колотящимся сердцем считал журавлей – пять-двенадцать-двадцать! Стерх крупная птица: высотой около 140 см, размахом крыльев 210—230 см и весом 5—8,6 кг. Перья в передней части головы вокруг глаз и клюва отсутствуют, кожа в этом месте у взрослых птиц окрашена в ярко-красный цвет. Роговица глаз красноватая или бледно-жёлтая. Клюв самый длинный среди всех журавлей, красный и на конце пилообразно зазубренный. Оперение большей части тела белое, за исключением чёрных маховых перьев первого порядка на крыльях. Ноги длинные, красновато-розовые. У молодых стерхов передняя часть головы бледно-жёлтая; оперение коричневато-рыжее, с бледными пятнами на шее и подбородке. Изредка встречаются белые молодые стерхи с рыжими пятнами на спине, шее и по бокам. Глаза у птенцов первые полгода голубые, затем желтеют. Видимые различия между самцами и самками почти не выражены, самцы чуть крупнее самок и имеют более длинный клюв.
Мориц был обыкновенным худощавым парнем, немного задумчивым, совсем не драчуном, выделял его, пожалуй, лишь пытливый взляд и выразительные руки. Целью его паломничества стали эти чудные птицы. Чтобы спасти журавлей, наш странник покупал места их стоянки-остановки, выкупая на месте право на этих птиц. Такое право стоило недёшево, и он покупал его, творя чудо - поделки из камня и металла! Совсем ещё несмышлёным мальчишкой он собирал экзотичные камушки и мастерил незатейливые фигурки. Позже эти незатейливые фигурки с руками отрывали за бешеные деньги коллекционеры и ценители. Дальше - больше, ему стали предлагать под заказ обрабатывать ценные каменья и металлику. И что тут началось! Взрыв и фурор на рынке произвели его первые же работы! Ювелирная фирма, опомнившись, запретила ему эту деятельность на своей территории в России и Нейстрии, а Гильдия каменщиков ещё и в Германии. Чем он им помешал? Необычностью и изяществом своих поделок, слишком юным возрастом и недюжинным талантом, эксклюзивностью и оригинальностью? Да, похоже, и это сыграло роль. Ещё Мориц был нелюдимым, чаще его видели одного – тогда он попадал в мир своих фантазий – видать нешуточные творческие замыслы и размышления целиком захватывали паренька. Девчонки его совершенно не интересовали, рано ещё было, а может и не рано, деньги кружились постольку поскольку, предпринимательский дух отсутствовал, его считали, мягко говоря, странноватым. Зато он мог подолгу сидеть, любуясь лесом или птицами, своими журавлями. И вот такой юноша далёкий от церкви становится паломником, пилигримом, чтобы на что-то жить, спасти птиц и работать с камнем. Потеряв близких, жил он очень скромно, если не сказать бедно, да и любой мог обидеть. Поэтому одинокому отроку ничего не оставалось, как податься в монастырь - не по вере, а по жизни и по работе. Вера то, как раз была - сильная, а может, жизнь и работа были лишь предлогом, а юноша по духу стремился в монастырь! Не знаю, но без рассказа об этом парне не обойтись в эпопеи о Мегацивилизации.
Почти сказочное Ясновельможное озеро - место обитания стерхов он разыскал сам и теперь был счастлив со своими журавлями. Ночами, греясь у костра и наблюдая за звёздами, ему вырисовывались очертания будущих уникальных сувениров. Оживление привносило небесное движение - обогнув нашу планету, к земле приближалась комета, Морицу она казалась очень знакомой, он помахал ей рукой, в ответ комета призывно замигала в ночном небе - будто раздумывала – падать или не падать? Пилигрима согревали крылья, которыми он укрывался от холода, два сверху и два снизу, хорошо ещё под курткой их и не замечали, принимая мальчишку за сутулого или горбатого. А днём произошла странная история, когда пробираясь вслед летящих в небе журавлей, мечтатель не заметил вокруг шевеление и появление ужасного воина, то ли татарина, то ли вампира – после десанта "Сумерек" они здесь появлялись. Мориц обернулся - как раз вовремя, чтобы увидеть, как валится из седла - по хоббитской стреле в каждом глазу - подскакавший и замахнувшийся на него враг. Конечно, никаких хоббитов тут и в помине не было, страну Властелинию Колец ещё не открыли. Кто его спас, чьи это были стрелы? А потом плотным покрывалом повисла тишина – абсолютная, это был концерт тишины – ни единого звука, мальчишка, повинуясь безмолвной музыке, затаился, прижавшись к кедру. Лечебная тишина подействовала, плавно перешла в курлыканье журавлей в небе, это они готовились к полёту и звали с собой юношу.
- Если бы у меня были настоящие крылья! - в сердцах выкрикнул Мориц, оглядывая четыре своих крылышка, от силы желания в его глазах заблестели слёзы. И падали на камень, безмолвно торчащий на тропинке, облитый слезами грусти орнитолога. Слёзы капали, и раздавался еле уловимый звук колокольчика, а по камушку наяву расползались зримые переливы, тени и рисунки. Юноша услышал звон и заметил булыжник под ногами, потому что наступил на него, высматривая в небе стерхов. Взяв его в руки, убедился, что камень был довольно увесистый, объёмом в два его кулака, и положил перед собой, а сам прилёг перед ним, упираясь руками в подбородок, раздумчиво вымолвил:
- И что мне с тобой делать, с камнем? Выкинуть жалко, тащить неохото, да и везёт мне на камни, не ровён час ещё красивую глыбу откопаю.
Стерхи покидая этот край, летели на запад, Мориц засобирался с ними, он торжественно установил камень на пригорке и попрощавшись с ним побежал за птицами. Ага! Будто ветер прошел над верхушками сосен, и в утреннем лесу вдруг стало необыкновенно тихо, замолчало всё вокруг – травинка боялась шелохнуться, рыжий муравьишка застыл в ожидании, капелька утренней росы передумала падать, звук издаваемый кедром онемев, застыл, подавившись шишкой, ветерок, лучик солнышка, сам воздух, прекратив движение, растерянно столпились рядом, вся живность замерла. И тут надменное полувековое вороньё словно табор снялось с мест и сгрудившись зависло над путником как туча, мрачная, зловонная, готовая вот-вот разразиться ливнем смертоносных клювов и когтей. Стая приближалась, юноша не на шутку испугался, так как зловеще потемнело небо, чёрные перья полетели на землю, вороны окружили его и рассматривали, часть присматривалась к глазам, часть метила в сердце, другие выбирали почки, голову, руки – вороны готовились наброситься. Сорвавшись, они грозной стаей обрушились на Морица, он закрылся руками и крыльями и приготовился к худшему и тогда один огромный ворон, отделившись, приземлился на камень оставленный парнем и вызывающе каркнул. Каркнул – хорошо сказано, птицы такие звуки не издают, люди так не говорят, змеи так не шепчут, нелюди так не произносят, драконы так не громыхают – поэтому каркнул и живая природа ответила волнением. Нападение ворон прекратилось, Мориц открыл глаза и голову, по пояс, стоя в вороньих перьях, которые до этого точно были как стрелы. Ворон меж камней пристально смотрел на него одним глазом, второй у него был закрыт, но и от одного отроку стало неловко. ´Уходи юнец, пока есть время´, - словно говорил он. В небе настойчиво закурлыкали журавли, и Мориц решился – забираю камень и вперёд – стерхи меня ждут. Он направился к камню, но ворон на***лился и демонстративно упёрся в оплаканный булыжник.
- Чёрная птица, ты хочешь забрать этот камень политый моими слезами? - спросил он, и не получил никакого ответа. Тогда ювелир-самоучка снова протянул руку к камню, ворон негодующе расправил крылья и приподнял клюв, выискивая, куда клюнуть парню по рукам, в глаз или в нос. Но Мориц снова заговорил с ним:
- Давай так, я изображу тебя в камне, и ты забираешь эту работу?
Ворон тряхнул головой, призрачно скосив глаза, долбанул огромным клювом камень в трёх местах, отчего на том появились трещинки, бахромчатые расселинки и кое-где из-за этого изменился цвет, став насыщенным и глубоким и деловито отлетел в сторону. Юный мастер взял камень и уверенно назвал его:
- Феномен камня!
- Карр – карра – карат! - послышалось вдогонку.
«Вдогонку Феномен Вороньего Камня» 221 реликвия - так будет называться чудная работа с этим камнем.
А путь впереди был нелёгкий – к великой реке у Хомунаптри. Всё что касается "города мёртвых" Хомунаптри и района вокруг него в 11 главе подвергается цензуре…
… Каменоломни и рудники Хомунаптри – грандиозные месторождения, жилы, россыпи богатейших цивилизационных залежей золота, железа, родонита, нефелина, александритов, рамзаита; жеоды аметистов, каменная соль, горный хрусталь, друзы альмандина, диоптаза; малахит, слюда. Вотчина сенатора – курфюрста Пьера Хомунаптри – тянулась вереницей мест по добыче и обработке камней и металлов, здесь существовали и рабство, и наёмный труд и заключённые и специалисты. Тяжёлый и не очень труд, платили по-разному, система поддерживалась местным - пришлым населением: чеченская диаспора жёстко держала работы в строгости и порядке.
Когда стерхи приземлились на богатые и заливные прибрежные луга реки Дунай у Хомунаптри, Мориц облегчённо вздохнул – все 20 птиц благополучно добрались до стоянки. За ним следили, но не трогали, и он чувствовал это. Доводилось слышать ему, что в этих краях особо не побалуешь, здесь отличные от всех континентальных режимов условия и сказочно необъяснимое богатство долины трёх рек, гор, пустыни и лесов накладывали табу на прибытие новых поселенцев. Вся история с этим краем ожидает своего повествования.
- Разве мы с тобой еще не знакомы? Я же тебя знаю, - рыжеволосый парнишка, разодетый в шикарнейший наряд импозантный весь в кольцах, цепях, серьгах и в элегантной широкополой шляпе выступил перед ним, словно из тени горы надвигающейся на реку, - Это на крышке мы с тобой уставились друг на друга?
- Вы, наверное, Его Сиятельство курфюрст Хомунаптри, моё почтение! А что за крышка?
- Он самый, кому же тут быть такому красивому и блистательному, как не мне? А крышку капоретом называют, что в Аугсбурге, где ты замерзал всеми покинутый, - ухмыльнулся мальчишка.
- Да, это так Ваше Сиятельство вы превосходите всех знатных особ, которых я встречал!
- Ух, это сомнительный комплимент, много ли ты видел, птичник!
- Как вы догадались, Ваше Сиятельство, что я птичник? - было, заулыбался Мориц.
- Ха! Да ты с них глаз не сводишь, когда летят, а бежишь на землю не смотришь, мне уже рассказали, что новый дурачок появился, - насмешливо сказал подросток.
- И верно, когда летят, ничего не замечаю, ноги сами бегут за ними, - глядя ясными глазами, честно ответил пилигрим.
- Но я одного заберу себе, он будет у меня в озере плавать! - Пьер с усмешкой посмотрел на Морица. Мориц взмолился:
- Ваше Сиятельство, прошу вас, не трогайте ни одного, иначе журавлиная стая не выживет и стерхи исчезнут с лица земли!
- Ой-ой, какое горе, цивилизации исчезают одна, за одной, а тут птичка красивая и редкая сдохнет!
- Господин курфюрст я создам реликвию, которая станет украшением всей вашей коллекции!
- Да? Ты можешь? Можешь, тогда создавай, прямо у меня во дворце.
- Разрешите здесь со своими журавлями?
- Вот ты тип! Бла-бла-бла, мети метла мети, метла мети метла!
И паренёк стал расти, а потом за***отал нечеловеческим голосом превращаясь в трёхметрового Сета, его рыжие волосы стали краснеть и трубным голосом он возвестил:
- Смотри, какой я, запоминай, таким и изобразишь!
Сет, его имя входило в титулы и имена ряда фараонов, позже был демонизирован, стал антагонистом в борьбе Гора и Сета, персонификацией мирового зла, сатаной. Гор и Сет могут сливаться в единое двухголовое божество — «Сет в вечерних сумерках, Бог в утренних сумерках». Цвет Сета — рыже-красный, подвластная сторона света — юг. Сет был младшим сыном богини неба Нут и бога земли Геба. Являлся, братом Осириса, Исиды и Нефтиды, а последней был и мужем. Издревле ассоциировался с мужской сексуальной силой, дети его не известны. Изображения Сета зооморфны, коварный и непредсказуемый, всепроникающий магический аннунак, стоящий у истоков современной цивилизации.
Мориц закрыл лицо от жара и ужаса.
- Так вот ты какой, противник, - тихо с удивлением и без боязни прошептал Мориц.
Сет от души покуражился, вытворяя с природой, всё что хотел, светопредставление ввело бы в шок всю цивилизацию, Мориц стоял во все глаза, наблюдая, за дивными картинами, удивление, буйство красок захватило воображение юного творца, в глазах был отблеск чудного безумия, но душа была чиста, и он не спасовал перед противником. Снимая наваждение руками, пилигрим отбросил от глаз пелену, и упрямо вскинув голову, искал в небе стерхов. Птицы, распуганные бешеным Сетом, поднялись высоко в небо и кружили над Морицем, они были в страхе и растерянности и не смели курлыкать.
- И ты поверил? Это всего лишь фокус! - пронзительно засмеялся снова озорной мальчуган. Подросток-курфюрст, придя в себя, вернулся в свой прежний образ, скинув богатющий свой сенаторский костюм, остался в эксклюзивной чёрной тенниске с горящими красными и огненно-рыжими символами и полосами - "Reebok", "Levi´s", "Сет" и в бриджах. Заливисто засмеявшись, он побежал к реке купаться – мальчишка и мальчишка, невольно потянуло и Морица, ровесники - пилигрим не удержался и следом побежал к воде. Стерхи опустились к реке и задумчиво плавали в отдалении, очень желая подплыть к Морицу, но страшно боясь Пьера, попытки которого приблизиться к ним неизменно распугивали птиц и они взлетали над рекой, широко хлопая большими крыльями по воде, словно ангелы, убегающие от падшего собрата. Накупавшись, мальчишки светлый и рыжий - курфюрст и пилигрим вышли на берег, греясь на солнышке.
- Крылышки то намочил, летать не сможешь? - вопросительно спросил княжный пацан у Морица.
- Летать! О, это моя мечта, я бы полетел с журавлями, сколько прекрасного увидишь в полёте, мне сверху видно всё, ты так и знай, - пилигрим бережно отряхивал намокшие крылышки.
- Ну, ты лупень, неужели не научился летать? Здорово же тебя, братишка подморозило, - рыжик пронзительно оглядел худого пилигрима, и озадаченно почесав спину, изрёк:
- Зато теперь легче будет людишек дурить. Не забудь с тебя образ! Сделаешь, поезжай в Барселону, в Монтсеррат, туда и летят твои птицы, там будет весело, перед кровавой мясорубкой я подскачу тоже. Сам понимаешь, кровавое зрелище я не пропущу.
Журавлиный пилигрим застыл не в силах удерживать в себе небесные силы, просыпающиеся и гулко, словно колокол бьющие в набат по сыну человеческому упавшему в бездну. Кристалльный мастер сумел совладеть с собой и издревле бурлящее в нём светлое сияние, вечно соперничающее с огненной сковородкой, не вырвалось наружу.
- Как они мне надоели! - в сердцах крикнул Пьер, выкидывая свои шикарные одеяния, схватил четыре золотые цепи, одел только их и в тенниске и бриджах пошагал в сторону дворца. А ювелир под впечатлением увиденного разложив инструмент и успокаивая плавающих поодаль стерхов создавал сувенир Хомунаптри.
«Тень Того» 222 реликвия – неописуемая необычная золотая форма с бриллиантами, бирманскими рубинами и изящным чернотным металлом.
Закончив работу, паломник махнул кружившимся над ним журавлям, и они обрадовано отправились в дальнейший путь. Путник, облачённый в паломническую одежду — калиги, коричневый плащ, скрывающий его "сутулость", греческую шляпу с широкими полями, украшенную раковинами; клюка, сума и выдолбленная из тыквы бутылка дополняли его наряд. К плащу и шляпе паломник прикрепил красный крест.
Пало́мничество.- путешествие к Святой земле и другим географическим местностям, имеющим сакральное значение для христианской веры с целью поклонения и молитвы. Обычай основывается на стремлении верующих поклониться местам и святыням, связанных с Христом, апостолами, Пресвятой Богородицей; помолиться перед чудотворными иконами, окунуться в священные воды реки Иордан и святые источники. Само слово возникло от слова «палома» — пальмовая ветвь, с которыми жители Иерусалима встречали Иисуса Христа. Богомольца, совершающего путешествие к святым местам, называют паломником. У христиан паломничество началось с IV в. в Палестину, где совершались божественные деяния Спасителя. Каждый паломник получает много впечатлений от чудесных знамений и необычных совпадений, происшедших с ним во время паломничества. Паломничество предпринималось — в Константинополь, на гору Афон (Греция); в Рим, Лорето - Дом Богородицы и Бари, где покоятся мощи Николая Чудотворца, по дороге франков в Лурд (Франция), путешествия к Святому Гробу в Палестину; Путь Святого Иакова в Сантьяго-де-Компостелу, черногорскую столицу Цетинье, где сейчас находится десница Иоанна Крестителя, в древности были храмы Амона в египетских Фивах, Осириса в Абидосе, Аполлона в Дельфах; Пунктом отправления служили Венеция и Марсель, где паломники запасались путеводителем, отпускали бороду. Постепенно стали допускаться дальнейшие смягчения: знатный господин мог послать вместо себя слугу или наёмника, появились махинации под прикрытием торговых и захватнических целей, паломничество сыграло значительную роль в подготовке крестовых походов. А среди паломников в Иерусалиме в средние века можно было встретить и дворян, искавших посвящения в рыцари у Гроба Господня; и политических и военных агентов королей; и авантюристов, искавших оккультных знаний на чудодейственном Востоке; и учёных исследователей; купцов, посещавших Палестину с торговыми целями. Образовались даже светские цехи профессиональных наёмных паломников, которые вскоре сильно размножились, так как этот своеобразный промысел оказался весьма прибыльным. В России паломничества в Святую Землю начались уже в первые времена русского христианства. Трудность и опасность пути заставляла паломников собираться в дружины. Совершая свой путь, главным образом, через Константинополь, древнерусские паломники заимствовали у западных пилигримов костюм. Уже прежние паломники полны жалоб и негодования на притеснения «срацын» и «злых арапов», а взятие Константинополя турками окончательно предало христианские святыни Востока в руки неверных.
Ориентируясь по летящим стерхам, а когда птицы обгоняли его - по светящемуся шлейфу, юноша шёл дремучим Баварским лесом. И не прошёл бы, да журавлиный крик успокаивал древние стволы, и листва расступалась, слушая белоснежных летунов. Мориц возвращался в родную Баварию - не узнавал её, лес, шумел новыми звуками, и печаль слышалась в его голосе и недоверие к людям, этюды футуризма – ох, сколько событий, да каких - даст миру Бавария, лес знал про то, но не делился этим с пилигримом. Приняв юношу за земляка, баварский лес расступался к плоскогорью. Альпийские предгорья встретили ходока сильными промозглыми ветрами, небо заволокло тучами, журавлей не было видно. Жители Баварии, Богемии и Силезии говорили об обвалах, горной непогоде сбивающей с пути, наталкивающей на пропасть – это дух Рюбецаль проверяет спутника. Паломник выбился из сил, прислонившись к скале спиной, не мог идти дальше, он не был двужильным, а выглядел вообще худосочно и как такой решился отправиться пешком в столь трудное путешествие? От слабости путник перестал слышать зов стерхов, а свечение на тропе, указывающее направление их полёта едва пробивалось сквозь каменистую поверхность. Пилигрим лежал у подножия довольно большой горы и не слышал, как за каменной стенкой раздавлось чьё-то чихание и недовольное ворчание. Небольшие создания, гномы доложили о нём хозяину этих мест…
- Ну, пей, бедолага, не то камень заберёт всю силу, - добродушный здоровяк похлопал ювелира по плечу, ободряя и приводя в чувство.
Как раз вовремя, иначе силы бы навсегда покинули это исхудавшее тело.
- Ты кто? - еле слышно пробормотал Мориц.
- Вот и говоришь уже, значит, скоро пойдёшь. Я серый монах, вон видишь, а пока монашеские одежды сохнут, я наёмный рабочий, мастер вообщем наёмник – мерценариус, а зовут меня Рюбецаль.
Они поели, потом пилигрим снова спал, потом снова поели и вместе продолжили путь.
- Хорошо, что ты заснул у этой горы – её тоже называют Рюбецаль.
- Спасибо, что помог, друг!
- Это, не я помог, а твой камень, ты забыл про него? А он тут рядом.
Так они, беседуя, дошли до родного города Морица – Аугсбурга.
Мориц и Рюбецаль вошли через Птичьи ворота. Древнейший германский городок Аугсбург расположен на севере подножия высокого уступа, который возник между крутой холмистой местностью Фридбергом на востоке и высоким перешейком на западе. Самый живой и зелёный город Аугсбург называют городом трёх рек - Лех, Вертах и Зингольд, искусственных каналов и местных ручьёв. В городе повсюду лежал снег.
- Откуда он взялся? - спросил Рюбецаль, наступая на тающие снежные заносы.
- Аугсбург самый снежный город в Германии. Порой мне кажется, нигде в другом месте, я не мог появиться на свет.
- Так вот дорогой друг, признаюсь тебе, как дух – холод и снег именно в этот город нагоняет демон, да, да не улыбайся, я встречал эти сумасшедшие снежные бураны, несущиеся с востока через мой Рюбецаль и обвально выпадающие на Аугсбург.
- Дружище, ты похоже прав и я этому виной, это из-за меня здесь столько снега.
- Не знаю с чего ты это взял, но всё равно не расстраивайся сильно, я думаю, мы это переживём.
На юго-востоке города путники миновали городской лес - любимое место проведения отдыха и досуга горожан и природоохранную зону. Здесь же находилось искусственное озеро — Кузе́е, на нём чистила перья вся честная компания белых журавлей. Увидав Морица, они захлопали крыльями и один за другим стали подлетать к нему, издавая крики, словно дети просящие конфету у матушки.
- Да ты и впрямь птичий дух, почти как я горный, - Рюбецаль достал из котомки ветчину и наворачивал уже второй бутерброд с маслом.
- Пади соскучились, журавушки мои симбирские белоснежные, - нежно говорил с птицами пилигрим, гладя их гордые шеи. Прямо таки целовал их в клюв, ну что тут скажешь – зоотехник.
- Надо бы в хорошем месте остановиться, отдохнуть, да перекусить, как следует, - прожевывая сыр с сарделькой, - напомнил спутник ювелиру.
Впереди показалась великолепная ратуша и башня Перлахтурм. Ратуша Аугсбурга была тогда единственным светским зданием в Европе высотой более шести этажей. Строгая элегантность её архитектуры ведёт своё происхождение от стиля зданий Флоренции. Добавим, что эту высоту превзошли дворцы российской имперской столицы Шумарьи.
- А что с твоим домом то, Мориц, ты и не спешишь проведать родных? - спросил здоровяк, стараясь сильно не лезть в душу.
Всё началось в Аугсбурге на этом самом месте, когда он впервые появился здесь. Домики, отражавшиеся в водной глади каналов, тихие улочки, освещённые светом причудливых фонарей. А вот и развалины большой многобашенной хоромы его семьи, а рядом растерзанный монастырь Святых Ульриха и Афры. Он был основан реформистскими монахами - бенедиктинцами, пришедшими сюда из своей обители на озере Тегернзее, долго этот монастырь был личной резиденцией аугсбургских епископов. Холм, на котором расположена базилика, был освящён христианскими церквями ещё в эпоху раннего Средневековья. Сюда с пятого века шли паломники: поклониться Святой Афре. Сейчас здесь по злой иронии судьбы устроили свалку-скотомогильник. Среди полуразрушенных вершин дома с карканьем постоянно вились сотни любителей падали. Их вид очень действовал на нервы несущим неподалёку на площади караул наемникам. Заставлял судорожно поглядывать в небо и грозить кулаком, слыша в ответ похожие на издевательский смех крики птиц. Ни Мориц и Рюбецаль, ни наёмники и соглядатаи, ни предатели-люди не догадывались, что среди черной пернатой гущи кружил, зорко высматривая что-то неведомое, необычный ворон, вековая птица, с тёмно-бордовым опереньем, а в его черных глазах светился нечеловеческий ум. Ворон кого-то ждал и завидя худого мальчишку с детиной, нетерпеливо помахал крылом, ´всё самое интересное ещё впереди, какие наши годы, и это называется новости?´, - говорили его глаза.
- Вот и пришли, дальше идти некуда, это мой дом! - устало заметил пилигрим и уселся прямо в сугроб напротив развалин.
- Да ты что! - ошарашено, проговорил Рюбецаль и машинально присел на снег рядом. - Ну и дела! Как же такое возможно? Враги сожгли родную хату, - удручённо развёл огромными ручищами горный дух. Он достал квадригу чёрного хлеба разломил её наполовину и протянул вернувшемуся в родные пенаты парнишке.
Квадрига чёрного хлеба и тут Мориц всё вспомнил!
Если ты подбираешь названия, то вот вариантСообщение от Егор Шатров
Молодой писатель пожаловался отцу, что не знает, как назвать свою новую повесть. Отец, ещё не читавший этого произведения, спрашивает:
- В повести есть барабаны?
- Нет.
- А трубы есть?
- Тоже нет.
- Тогда назови её "Без труб и барабанов"...
Часть 11. 6. ШОУ АРКИ
Летящий космический объект, предположительно комета, и вот он уже парящий рядом в высоких слоях атмосферы – юное крылатое небесное существо. Его подхватила сияющая иттильдином четвёрка ослепительно красивых птиц и вместе они бережно приземлились около высокой базилики. Квадрига стерхов и он спускающийся с неё у самой высокой в Европе Базилики Святых Ульриха и Афры в Аугсбурге. В тот день на стенах колокольни появилась настенная роспись Откровений, а колокола стали бить каждые четверть часа. Но никто из прихожан Базилики и соседнего Монастыря Святых Ульриха и Афры не заметил маленького мальчика, - с четырьмя еле заметными крылышками, два нижних прикрывали озябшее тело - который устало, но с надеждой на встречу с людьми прислонился к монастырской ограде. Он бы и дремал, да тут вышел за монастырскую ограду и увидел сжавшуюся фигурку ребёнка фактотур. Так именуются теперь уже бывшие адепты Ордена святого Бенедикта, ныне члены Конгрегации Оккультов. Конгрега́ция — соединение монастырей, следующих одному и тому же уставу, похожее на орден и подобное монашескому сообщество, утвержденное епископом или папой, члены его приносят не торжественные, a простые обеты. Фактотуры - узревающие любые проявления созидающего дара Жизни, по данным британской разведки и иезуитов добились успехов в создании гомункулов, селекции, опытах с оплодотворением, ранней биотехнологии. Однако наша разведка ПЯНЖ и высокопоставленный иерарх церкви говорят пока о весьма скромных реальных успехах и зачаточном продвижении Оккультов в этом направлении, так что сведения сильно расходятся. Фактотур привёл Морица в монастырь, сообщив своим, что нашёл необычного мальчишку, к которому надо присмотреться, обучить азам и раскрыть дар божий и уехал, доверив мальчика монахам. Фактотур и раньше приводил нередко "талантливую молодёжь" - это были шарлатаны, воры, побирушки, выскочки, лентяи, ротозеи, бахвалы, карьеристы и в монастыре скептически встретили найдёныша, особенно когда он поделился своим рассказом о журавлях.
- Пусть каждую новую луну Журавлик показывает нам, чему научился, а мы будем решать, достоин он, учиться дальше или нет. Так потеряем меньше добра, не растратим его попусту, зачем обучать лишнему, потом больше вопросов, главное же - слепое послушание и скромный ежедневный труд во имя господа, трудись и талант появится.
Вместо обучения и раскрытия данных его заставляли непрерывно молиться, тягу к камню обрывали, не монашеское это, мол, дело, безжалостно закрывая в келье. Мориц не мог пробиться в их души, там было глухо как в танке. Шло время, окончательно расстроившись, мальчишка утер рукавом рясы непрошеные слезы. Пребывание в монастыре, недоверие и непонимание угнетало, а мириться с утратой свободы он не желал. Всё поменялось с приходом в Аугсбург нового префекта Мэлора Жакоги. Префект - орденская должность, ниже комтура, но выше аббата, его орденское звание - вплоть до магистра, богословская ученая степень - от адьюнкта до професа, а церковное звание от каноника до ординария. Бывший аббат сразу разглядел, кто перед ним и привёл малыша в соседний дом, где впервые за долгое время мальчишка согрелся, его напоили тёплым молоком и сытно накормили. Так в этом доме поселился будущий путешественник и птицелюб. В семье баварских бюргеров Ульриха и Хельги зажиточной и доброй мальчик стал родным, а то, что он – ангел они поняли сразу, хотя и удивились, когда Мэлор Жакоги, показал им херувима с капорета, парохета, покрывал Скинии и дверей святилищ.
Алтарь, скиния Базилики Святых Ульриха и Афры – точная копия той легендарной. В Скинии, поверху крышки и сторон Ковчега Завета, были установлены два литых из золота херувима лицом друг к другу, с распростёртыми, как бы прикрывающими Ковчег, крыльями, один из них платиново-золотой был точь в точь их малыш. Херувимы и крышка Ковчега-капорет составляли единое целое. Изображения херувимов были вышиты и на занавеси-парохет при входе в Святая святых, на покрывалах Скинии и вырезаны на стенах-дверях святилищ и панелях Храма. По правую руку от алтаря располагались четыре капеллы-часовни: Святых Георгия, Андрея, Зимперта и Бенедикта. Достаточно было одного взгляда, на капорет, парохет, покрывала и стены-двери святилищ, чтобы узнать в ласковом херувиме из золотоплатинового сплава юного Морица! Вторым был тёмноликий краснозолотой херувим с наглым взглядом.
- О, да наш мальчик был херувим? В это трудно поверить!
Тогда префект Жакоги рассказал семье о чудесных явлениях тайно известных Папской Курии и двум Орденам, чудеса Присутствия снисходили шестью явлениями:
- Падающая звезда. (Цитата): "Звёздный мальчик – они приходили в мир смертных в виде падающих звезд. Их ошибочно принимали за нордов недавно удалённых на земле. Когда небесные тела достигали земли, они превращались в младенцев, способных только жалобно кричать и звать на помощь. Слава богам, что их появление всегда происходило возле поселений людей. Добрые жители принимали детей в семью, где воспитывали, как своих. Обучали ремеслам и прививали уважение к старым традициям. Делали все, чтобы дать бескрылым ангелам как можно больше любви и заботы. Но не все люди добры, уже многих из них пожрала алчность, ведь за таких гостей церковь и богатеи платят огромные суммы. Первые умертвляли младенцев по религиозным понятиям, другие же держали их в домах в качестве редкой и экзотической игрушки".
- Божественная колесница (квадрига стерхов). Херуви́мы — следующий после серафимов, ангельский чин. «Сидящий на херувимах» пророк Иезекииль, предсказывая падение царя Тира, сравнивает его с херувимом, чьи одежды были украшены сверкающими драгоценными камнями, низвергнутым Богом из Эдемского Сада на землю за то, что впал в грех гордыни. Имя Херувима означает "великое знание". Вместе они имели двенадцать крыльев, как указание на чувственный мир, двенадцать знаков Зодиака и определяемый ими ход времени, изображение херувимов имеет символическое значение: лицо является символом души, крылья – служения и действия, возвышающихся слева и справа сил, а уста – гимн славе в непрестанном созерцании. В отличие от алых серафимов херувимы изображаются в иконографии лазоревым цветом. Херувима называют тетраморф – четырехликий с четырьмя крыльями: два подняты вверх и касаются друг друга, а два опущены вниз и закрывают тело. Под лицом человека нужно разуметь лицо взрослого человека, а под лицом херувима — отроческое.
- Рождённый в пустыне. Возможно это демон!
- И какой он Демон?
- Высокий и красивый, с маленькими рожками на лбу и зелеными глазами, что светятся ночью, одетый в чёрную ливрею с огромным мечом за спиной. -- Мам а...? – Китти с надеждой посмотрела на родителей и префекта. Префект покачал головой:
- Нет, девочка, не нужен он тебе! Есть ***ха — сатанинское восхищение, сознательное общение с демоническими силами наяву. Два демона цивилизации готовы восхищать, ловя заблудшие души, они - испытание веры и пути избранного человеком. Но забудем про демонов.
- Чудесное обретение дара (гении, герои). Демиурги — высшие монады, создающие метакультуры, "все, кто творит во славу Божию, из любви к миру и его Первотворцу". Демиурги вступают в сложные отношения с соборной душой народа и с уицраорами. Демиурги инвольтируют гениев и родомыслов, которые направляют движение истории.
- Интеграция/перерождение (слияние 2-х 3-х людей в одного/замена человека). Эксперименты (два) докторов Фантазёра и Брунея. А также магия трансформации?
- Нечеловеческая музыка (сверхвозможности нелюдей). Эльфы, драконы и другие. «И сказал Господь Моисею: сделай себе змея и выставь его на знамя».
- И самое главное, некоторые из этих гостей оказываются серафимами. Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шести крыл: двумя закрывал каждый лицо своё, и двумя закрывал ноги свои, и двумя летал.
Мальчик рос, окружённый заботой семьи и префекта Аугсбурга. Его дар проявился сразу, папаша Ульрих обеспечивал материалами и мальчишка создавал непостижимые неземной красоты/экстравагантные работы. В это время он смастерил изумительную вещь «Папа Понтифик благославляет Паству» 223 реликвия .
Уже в XV веке Аугсбург стал одним из самых известных центров ювелирного искусства Европы. В Германии с Аугсбургом соперничали только мастера из Саксонии и Шлезвига. Если говорить о немецком стиле, выделяющем нацию среди других народов – это очень умелое использование декоративных возможностей материала, включая позолоту серебряных изделий и гравировку, баварцы отличались богатством выразительных форм, вплотную соседствующих с излишествами. Поэтому аугсбургский стиль оценивают по-разному, но изделия ювелиров Аугсбурга есть в собраниях сокровищ всех основных нынешних и бывших династий Европы, включая сокровищницу Московского Кремля. Стиль Морица – роскошь, изящество, великолепие, ажурность, потрясение, уникальность. Выдающийся мастер – художник Аугсбурга Ганс Бургкмайр, посмотрев на работу, воскликнул:
- Да нам всем надо у него учиться! Невиданное прежде очарование в камне!
Главный собор Аугсбурга Mariendom знаменит самыми ранними цветными витражами в мире. После возвращения фактотура в Аугсбург мальчишка помнил, как его завели в комнату с огромными статуями Бога и Триединого и сказали, чтобы он молился. Почему здесь были две равнозначные статуи? Мальчик не спрашивал, в молитве он провёл три дня. И на четвёртый день на рассвете комнату залил яркий свет. Мориц купался в свете, и ему это нравилось, он смеялся и кажется, свет смеялся вместе с ним. Префект Жакоги был поражён, а фактотур с удивлением сказал Морицу:
- Твое будущее не определено, дружок. А такая удача не всякому выпадает. Редко кому, как тебе, судьба на будущее дает возможность выбирать.
Префект и фактотур некоторое время сидели в задумчивости, сверяя мысли и чувства. Бенедиктинцы решили сообщить об этом Папе Римскому. Главный упор в деятельности бенедиктинцев делается на молитвы, интеллектуальные занятия, религиозное искусство, миссионерскую работу. Девиз ордена: «Молись и работай» лат. «Ora et labora». Префект Мэлор Жакоги отправился в Рим, дабы передать от Морица реликвию лично Папе Понтифику и поведать славную весть о появлении херувима. Священник прекрасно понимал, что такой разговор требует максимального взаимопонимания, осторожности и полного доверия, веря в чудо, Жакоги реально сознавал, сколько может быть недоброжелателей и откровенных врагов у такого события. Но весть опередила его, о мальчике уже знал папский камерарий и первым делом лично известил генерала Ордена, членом которого являлся сам. Узнав про херувима, епископ Эдвард Винница воскликнул:
- Сенсация будет похлеще раздевающегося на публике британского принца Харри!
Камерарий растерялся, видя, что генерал сразу поверил этому необычному сообщению:
- Господи, неужели это правда? Что с нами будет?
- Кто ещё знает? Его Святейшество Понтифик?
- Уже должно быть знает. Префект Жакоги.
- А демоны, маги и наши враги, думается мне, тоже прознали!?
- Не могу знать, Ваше Преосвященство.
- Ладно, отправляйтесь к Папе и следите за его реакцией, мы опередим события.
Исподволь в Аугсбурге поговаривали, что в доме Ульриха и Хельги живёт странный мальчик-горбун, создающий из камня дьявольские поделки. Гильдия каменщиков предупреждала об опасности их приобретения. Говорили, что с его появлением город стал замерзать, что мальчишка проклят. Хельгу давно невзлюбили, за то, что пришлая с севера, всегда приветливая, за её платья со снежинками, за открытую для странников калитку, всё это раздражало. Ульрих имел конкурентов и завистников, а их дочь Китти спровадила надменных, не знающих отказов первых красавцев Аугсбурга. Отъезд префекта, опекающего мальчика ускорил развязку, не обошлось и без опытных провокаторов и зачинщиков. Толпа вломилась в дом, когда хозяева ещё спали. Хельгу вытащили в коридор, а Ульриха мужики утащили к камину.
- Сколько ещё снега и холода ты приготовила для нас, ведьма? – визжали бабы, таская её за волосья, били ногами по животу. В ту зиму и впрямь весь Аугсбург замело, а крыши домов завалило снегом. В течение часа на улице продолжалось избиение хозяйки дома. Редкий участник разборки не плюнул, не ударил или не причинил ей боль. Хельга заплёванная, с безумными от горя глазами еле ползла по ступенькам храма.
- Изыди ведьма, пошла прочь! Иди свой снег жри, - пинали снова женщину, покуда она не убралась со ступенек, больше её и не видели. Мужа Ульриха держали толпой, пытая:
- Где мальчишка? - пятками, руками совали в камин, - Отвечай, где твой щенок? Говори, и мы вас отпустим, нам нужен проклятый заморыш-горбун, - Ульрих только мычал в ответ, а когда запахло горелым мясом, потерял сознание.
Дочь Китти оба хахаря, которым она отказала, изловили, издеваясь и глумясь, она пытаясь позвать на помощь, кричала, прибежав в базилику, а когда загорелся дом, забралась на колокольню и давай бить в колокола. Но черти её догнали, терзая, привязали к колоколу, так она и повисла там, не убежав от чёрта и звук удара колокола подавился содеянным. Херувим сидел на ступеньках монастыря, и смотрел на колокольню, а потом в небо, моля:
- Отец! Помоги!
Херувим был бессилен помочь, он был маленький мальчик с крылышками и его испуганные глазёнки с ужасом наблюдали картину расправы, ноги отказались слушаться, а четыре крыла безвольно повисли за спиной, он беззвучно рыдал сидя под колокольней, на том же месте где когда-то его оставила квадрига. А когда горел его дом, бессильно тянул руки, желая спасти его, и к названной матушке тянул тоже свои озябшие ручонки и к колоколу протягивал руки желая дотянуться до Китти и спасти сестрёнку. Только их было не достать. А по дому носилась шальная чертовщина, ***оча и брызгая слюной - от её мерзкого визга, тягучие слюни загорались огненной бахромой, приплясывая на портьерах, на мебели и занавесках, весь дом был охвачен огнём, с воплями: - Где он? – носились по дому черти.
- Вот он я! Возьмите меня, оставьте матушку и Китти! - кричал он. Но его не замечали, херувим не догадывался, что его спасал нимб, делая невидимым, а тихий голосок в шуме и гаме никто не расслышал. Дым от пожара рассеивался, сколько времени прошло? Когда ни с чем ушли нищие, желая прихватить остатки у погорельцев, Мориц продолжал сидеть под колокольней. Он укрылся крыльями и приготовился к вечному сну, снег припорошил его и только крылья чуть виднелись из сугроба. Так пролежал он незнамо сколько. Не берусь назвать дату. Дом подожгли и не разрешали тушить, огонь перекинулся на монастырь, но и его долго не тушили, только после вмешательства властей Аугсбурга стали тушить.
Префект Ордена бенедиктинцев Мэлор Жакоги испытывал какую-то неопределённость и угрызения совести, оставив собор, базилику и монастырь, словно что-то важное забыл, везя сокровенную вещицу Папе, обдумывал, что он скажет, как преподнесёт весть о херувиме? Сама ювелирная работа подтверждает – такое мог создать либо гений, либо небожитель. "Что я такое говорю?" Чем дальше отъезжал префект от Аугсбурга, тем больше жалел что поехал. Зачем? Повёз бесценную побрякушку? А там оставил херувима? Хорош. Глупец! Кому можно доверять? Никому! Но он понимал, что только личная встреча убедит Папу и Понтифик откроет дорогу признания херувима - ангел по-настоящему вернётся к людям – когда они поверят ему? Не может быть! О времена! О нравы! Что же происходит с людьми – херувим спустился на землю и так мы его встречаем?
Папа Понтифик с нетерпением ждал префекта и доклад, и раритет вызвали у него необыкновенное воодушевление. Он усадил рядом префекта и бесконечно повторяясь, слушал рассказы о херувиме. Папа был не прост, но тут как ребёнок хлопал в ладоши, радуясь пришествию херувима.
- Херувим! Боже, дождались! Счастьем напоим всех верующих и страждущих, народы придут к Храму, а мы их примем и поведём светлой дорогой за отцом нашим.
И слёзы стояли в глазах у Понтифика, жаль, нельзя транслировать – сколько бы искреннего сопереживания получили христиане на всей земле. Три дня они обсуждали эту радостную весть, и какие устроить торжества, а на четвёртый пришёл камерарий и сообщил, что монастырь и дом сгорели, семья погибла, а мальчик исчез, будто его и не было. Конечно, подробности расправы он не рассказал, и отцы церкви призадумались. Как тут быть? Камерарий передавал другие рассказы, противоречащие, благостным, светлым притчам префекта Жакоги и конклав засомневался в достоверности херувима. Папа слушал всех и качал головой в раздумье.
Однажды в небе над замерзающим и отверженном людьми херувимом, неподвижно лежащем у ограды колокольни, показалась стая журавлей. Среди них были и стерхи с квадриги. Они долго летали над Морицем. Их печальный крик разносился по всему Аугсбургу. Птицы прилетали к ангелу три дня, птицы – не люди и не понять им!.. Зато они помнили его и не бросали. Журавли кормились на озере Кузее и на четвёртый день, очень боясь людей, всё же опустились к Морицу, тыкаясь ему в ладони, покурлыкали, согревали его своими крылами, посидели рядом. Один очевидец рассказывал, что несколько белых птиц полукругом сидели под колокольней, словно оберегая или разговаривая с кем-то в центре сугроба, но там никого не было. Потом птицы улетели. Местные жители вспоминали, как после пожара долго кричали в небе журавли и крик этот был похож на детский плач. Вновь пошёл снег, и напрочь завалило город Аугсбург.
Когда шум улетающих журавлей растаял в воздухе, Мориц открыл глаза…
* * * * *
…Квадрига чёрного хлеба, она не утолила голод. Монастырь и Базилику разрушили не так давно и сделали это со знанием дела: штукатурка сохранила краски и печальные лики святых, сколы от мечей, осколки стекла вплавившиеся в камень, наконечники стрел тут и там торчащие из стен – так чтобы не смогли разобрать, что это была за церковь и кто ее разрушил. Было ясно одно: это сделали мечи, магия и людская злоба. Милосердное время стерло все ужасы, оставив лишь проржавевшие мечи и груды вывороченных кирпичей и целых кусков кладки. И от этого места веяло лишь печалью и забытьем. От самой церкви остались три стены, алтарь, да еще каким-то чудом сохранившийся рыжий херувим в небольшой нише исковерканного святилища.
Папа Понтифик и Митрополит Йогиберра Даян, инкогнито прибывший в город Херувима, созерцая это место, в разное время одинаково скажут:
- Ибо они Всадники, и не будет от них спасения. Вижу - грядет муж, могущественный и исполненный праведного гнева, оживляющий и прогоняющий смерть от лица моего. Но истинна ли сила его, от Господа ли она?
После известных событий с домом Ульриха и пожаром в монастыре, святые ценности и реликвии перенесли в собор Мариендом. Местную епархию возглавил нейстриец Абрам Иерушалаим, переведённый из епископов в комтуры - братом-рыцарем, управляющим определённой областью Ордена. Этот реакционный церковник не разделял гуманизма своего предшественника префекта Жакоги, собираясь вытравливать ересь и происки самозванцев, пусть даже и с крыльями. После допущенных огрехов он будет рвать, под собой землю, решил генерал Ордена Иезуитов, рекомендуя его вместо Жакоги. Стараниями комтура от славного места осталась зловонная помойка, а ценности, перенесённые в Мариендом, казалось, не имели к Базилике никакого отношения.
- Вы чего тут расселись, праздник уже начался! Место плохое - дом ведьмяный, - обратился к сидящим в снегу Морицу и Рюбецалю прохожий.
- А где хорошее? И что за праздник такой?
- Открытие Арки – там, на площади начинается освящение!
- Арки? Никак Бавария одержала победу над врагом?
- А вы не знаете, это всё в честь херувима, который выбрал наш город. Сам Папа приехал!
- Папа, херувим и свалка? – вопросительно взглянул на прохожего Рюбецаль.
- Мы честные люди и поэтому решили сохранить это место, как напоминание что можно жестоко ошибиться в людях, оно дорого нам как память и голая правда, - назидательно пояснил прохожий, прячя глаза и ковыряя в ухе.
- Дуалистичность – скотомогильник вместо дома и Арка в его честь. Двойственность положения и правда жизни – сильный ход, браво Аугсбург, вы молодцы, вы настоящие! – заметил Рюбецаль, посмеиваясь над трезвым благоразумием горожан. Прохожий в ответ гордо вскинул подбородок.
- А то! Знамо - мы такие! – и он важно удалился, довольный за свой город.
Бавария пролегала между загадочными восточными землями курфюршества Хомунаптри, нейстрийскими Швабией на западе и Швейцарией на юге. Аугсбург – третий по величине город Баварии готовился к празднику. Убеждённый префектом и вдохновенный в Чудо Херувима папа Понтифик призвал построить Арку в Аугсбурге. Идея была поддержана местными богачами Фуггером, Вельзером и Всегерманским банком Эссена сенатора Герберта Утамии. Причём Арочный комплекс предполагал наличие скульптур и украшений, на которые принимались заявки, естественно платные, признаемся очень дорогие, так как твой образ соседствовал бы на Арке с образом херувима. Заказы на фигуры сделали известные воротилы Фуггер – Хомунаптри – Кыштым – Утамия – Киамагури – Рокфеллер. Отбором образов на Арку занимался фактотур, и, несмотря на крупные суммы не всем нашлось место. Гильдия каменщиков замирилась, получив заказ на Арку и площадь вокруг неё. Ювелирная фирма сменила гнев на милость, устроив выставку-продажу ювелирных изделий. Оба великих Художника Аугсбурга – Ханс Хольбейн и Ганс Буркгдорф работали над эскизами проекта.
- Так, чтỏ, выберем – торжества трапезу или ярмарку? – и наши путники зашли в трактир неподалёку от ратуши. Широкоплечего и румяного Рюбецаля рассматривали одобрительно особенно пялили глаза девки, на маленькую горбящуюся фигуру в надвинутом на лицо капюшоне поглядывали с недоверием и опаской.
- Сдается мне, сударь, что вы - маг, - вытягивая шею в попытке через плечо вошедшего Рюбецаля разглядеть то, что творится в комнате, заявила возникшая за приоткрытой дверью усатая жена хозяина трактира.— Кто еще будет таскаться по дорогам с полным мешком камней и беззащитным для всякого разврата ребенком?
Тут подошёл темнокожий вышибала, имевший привычку кидать в каждого бродяжку камнями. Вышибала, видимо принял маленького горбуна за городского бомжа и босяка, по одежде и обуви он оценивал финансовые возможности, и в то время как большинство клиентов были одеты в потертые камзолы, кожаные порты и сапоги, одежда у паренька была сильно поношенной, в дырах и заплатах, а сапоги истоптаны. Но вышибала и на этом не остановился.
- К тому же у нас не принято обслуживать полуголых рабов.
- Держи милейший и дай нам пройти, - с напряжением в голосе промычал Рюбецаль, сунув в руку тому серебряный. Мальчишки, зашедшие следом, весело болтавшие о чем-то своём всю дорогу, сев за стол, резко замолчали, и только переглядывались. На стол всем подали горячий рыбный суп, с большими кусками мяса, плавающими в жирном вареве, теплый хлеб. Неподалёку купцы из вольного города Ульма, не раз останавливавшиеся здесь, расположились вкруг большого стола подле камина и обсуждали свои торговые дела за добрым ужином. Шустрые румяные служанки сразу же принесли им пару кувшинов с пенным напитком, тарелки с пышным ноздреватым хлебом, напротив, в корчме пьяные посетители кидались друг в друга кружками, применяли методы макания лицом в еду, нецензурно ругались страшными словами. Хозяин заведения сам поставил на стол, за которым сидели рейтары, пару деревянных кружек с пенящимся баварским пивом.
- Лукреция, добавь приправ в жаркое для господ тамплиеров! Ингрид, наполни рейтарам пивные кружки и не жалей елея монахам, Герман товарищам купцам подбрось ка ещё дров в камин! – неслось из соседней запашистой харчевни. По случаю открытия Арки все заведения в районе Арочной площади образовывали одну городскую трапезную. Все столы с одной стороны площади были заняты здоровенными громогласными парнями, в ладной, но недорогой одежде.
- Это гильдия каменщиков, - пояснил невозмутимый мулат, несущий на подносе груду грязной посуды. - Они всегда останавливаются у нас, когда приезжают на свои сборища, - а там, - он украдкой показал на дальние столы, – сидят мерценариусы-наёмники. У стойки меж тем разворачивался скандал: двое крепко сбитых парней, на плече одного из которых поблескивала охотничья цепь, на повышенных тонах переругивались с трактирщиком, который, хоть и был немал ростом, заметно уступал им и в силе, и в гоноре. Приглядевшись, Рюбецаль понял, в чем причина внезапного миролюбия завсегдатаев: скандалисты были одеты в охотничью форму и сильно пьяны. Предмет спора был прост, как винная пробка: охотники настаивали на том, чтобы их немедленно обслужили в долг, трактирщик настойчиво отказывался, утверждая, что их долг по размерам скоро превысит его десятидневную выручку. У мерценариусов смех прерывался игрой в кости, эти ребята гоготали громче всех, подпрыгивая на скамьях и сиденьях и похлопывая огромными ручищами соседей по трещавшему позвоночнику.
- Мы всегда так веселимся, - сказал главарь, сбросив ноги в ботфортах со стула. - Мы не знаем страха. Мы не боимся ни боли, ни смерти, ни королей, ни магов, мы наёмники и нам всё по ***!
Рюбецаль быстро сошёлся с наёмниками. Выпив и закусив, парни спорили на злобу дня, он хвастался им и про себя, не называясь вслух. Как являлся путникам в образе серого монаха, помогая хорошим людям, и наказывая плохих, он - властелин горных богатств, повелитель гномов, в образе грозного великана, родом с Исполинских гор, в Силезии и Богемии, где повелевал еще горными реками и озерами. Рюбецаль — дух, олицетворение горной непогоды, добродушный, но вспыльчивый, его имя переводится как «человек, считающий репу». Однажды он влюбился, и это доставило ему немало огорчений. Народ раннего средневековья любил сказки, и ему верили, пока в кружках пенилось пиво, и жир стекал с аппетитных окороков. Продолжили без церемоний "сказки" о любви, похабные и одинаковые, с удачными и не совсем концами, затем интересный разговор дружно перешёл на магов.
- Школа Магии – полная чушь! Не могло быть школы! Маги – по природе одиночки и редко попадаются больше двух, - уверенно заявлял один.
- Но горят хорошо, честные люди так, не горели бы! – солдат вспомнил сгоревшую школу магии.
- Да дураки они, прятались бы лучше и похуже их есть убийцы и то ничё, живут - горя не знают, - заявил уверенно третий с наглым взглядом.
- А я думаю, они не погибли, просто их там и не было.
- Маги как драконы: больше часа не терпят подобных себе, - делился знаниями дух Рюбецаль.
– Вот-вот и поэтому они прячутся по всему миру.
Пьяные наёмники ему верили, преданно глядя в глаза и согласно махая головой – он поил их толпу на свои духовские деньги.
- А кто больше платит? Короли или маги?
- На войну с маврами надо идти - в Испанию, там наёмники в цене.
- Вот победим в Испании, тогда отправимся в Россию, русские говорят, солдат спит – служба идёт, и платят сейчас хорошо по контракту.
- О, эта заветная мечта любого русского – сделать так, чтоб не работать и постоянно получать за это деньги!
Мориц набродившись, намотавшись, наевшись, заснул прямо за столом, уткнувшись носом в спину Рюбецаля, из уважения к широкоплечему горняку мальчишку-горбуна не задевали и не замечали, как будто он был собачёнкой здоровяка. Рюбецаль осторожно перенёс его за отдельный маленький столик на два места, стоящий рядом и усадил, так что мальчишка даже не проснулся.
Гул голосов в корчме внезапно смолк и Мориц, очнувшись, поднял лицо. Невольно посмотрел туда, куда глядели все посетители корчмы, и увидел молодую женщину, только что вошедшую в зал. Девушка, чуть осмотревшись, направилась к наёмникам и Рюбецалю, махнула кому-то рукой, но подошла и присела за столик к Морицу.
- Милорд, Марина Марси.
- Мориц Юнциани Лилук, - задрожал нежный голос пилигрима.
- Какое красивое и гордое имя, с таким можно объездить весь мир – все двери будут открыты!
- Правда, вы так считаете? Жаль у меня редко его спрашивают? У вас тоже славное имя – Марина Марси.
- Имена таят в себе невиданные возможности, определяют сущность, по имени много можно сказать о человеке. В нашей цивилизации, слава богам и волшебникам, герои имеют оригинальные имена, да ещё какие! В этой цивилизации имена не даются просто так, здесь имена – это история, арсенал, прогресс и знамя. Ты не исключение, уж поверь мне Маринке, - она тихо засмеялась, но глаза оставались грустными. - В каждом имени есть мистическая сила, друг мой.
- Но, а я вот, как-то непригляден, честное слово, - растерянно извиняясь, не закончил фразу юноша, потому что на нём был видавший уделанный грязью виды разлохмаченный плащ.
- Слышу не местную речь, откуда ты, закутанный в плащ странник, поведай о себе скромной хорошенькой девушке и тебе станет легче? Хотя я и сама вижу, ты непризнанный гений, а в карманах у тебя самодельные игрушки, цены которым нет.
Мориц не сразу отрицательно помахал головой.
- Ага, понимаю, - глаза девушки заискрились. - Ты переодетый принц крови, а может, и наследник герцогского престола. Ты пал жертвой интриг и скрываешься от наемных убийц.
- Нет, Марина.
- О-о, какая я непонятливая – ты юный маг - скиталец, приносящий людям добро?
- Марин, я пилигрим, идущий за стерхами и повстречавший хорошую девушку.
Марина заулыбалась, и по-простому положив руку рядом с рукой Морица, сказала:
- Вот и будем дружить, Марина и Мориц, идущий за стерхами, пусть будет так! Здорово, мне нравится, - заключила она, встав за столом, встряхнула белокурыми кудрями и в её глазах плясали огоньки радости и предчувствия.
Из-за выбора девушки, мальчишка оказался в центре внимания. Кто-то из каменщиков вскрикнул, узнав в незнакомце Морица:
- Ребята да это же юный таинственно исчезнувший Мориц – мастер сказочных фигурок знаменитый на всю Европу! Он жив и вернулся в Аугсбург!
- Как, не может быть, ты хочешь сказать, что это херувим, тогда я РусАлко!
Посетители питейных заведений спешили поглазеть на мальчонку, образовалась очередь, Рюбецаль встал рядом, не подпуская близко, так как неотёсанные детины хотели потрогать чудное создание, не веря пьяным глазам.
- Вот это новость, так новость!
Весть быстро разнеслась по Аугсбургу, деловые и педантичные немцы не могли снова упустить такую возможность. Трапезную расширили, открыв все двери на площадь перед ратушей, и она быстро заполнялась народом, приползли монахи в серых капюшонах, в плащах-нарамниках сюрко щеголяли тамплиеры. Но всем не хватило места в трапезной, и богатей Вельзер открыл соседнюю корчму, причём в ней сняли двери для удобства, а около распахнутых настежь ворот поставили палатки оружейника, ткача, ювелира, пекаря, винодела, краснодеревщика, аптекаря и других торговцев.
Разбуженный новостью комтур, не находил себе места.
– Как это возможно?
- Слушай, он честен и непредсказуем, его появление, даже просто сказанное слово - могут порушить в одночасье с такой любовью, так долго и бережно на постулатах возводимое здание веры.
- Можем мы допустить это? Конечно! И тогда церковь изменится, будем ли мы в ней, большой вопрос.
- Можем ли мы допустить это? Ни в коем случае! И тогда его появление укрепит нашу церковь.
Монахи в капюшонах и их наёмники в плащах как по мановению руки наводнившие трапезную окружили Морица и Марину.
- Нечестивец! Горбатый отрок магов! Запрещённый ювелир, прỏклятый! – яростные вопли неслись из их чёрных глоток. Агрессивно подогретая команда монахов и убийц взяла паренька в кольцо, да так, что растерявшиеся Рюбецаль и недавно восторгавшиеся постояльцы отпрянули в стороны.
- А это опять ты самозванец? - пред наши очи появился комтур Абрам Иерушалаим.
- Видел уже свалку? Скотомогильник мы устроили – лихо? Не поверишь - тебе лжецу там и место! Хватайте его выскочку сыны господа нашего!
Тогда херувим, прикрыв Марину, сказал им:
- Стойте безумные, послушайте сердце у кого оно есть - рядом с вами человек! Что же вы людей-то не видите! Закрылись молитвами, ножами, да кошелями – а ради чего мы живём? Трудиться, помогать ближнему, выручать дальнего. Зачем же вы душите других? Кто дал вам право рушить? Вы такие же, как и эти простые и нищие люди. Откройте глаза – вокруг светлая жизнь – и она для всех! Смерите гордыню, повинитесь, поделитесь, выпейте святой воды из-под крана и ваша злоба пройдёт. Или же вновь незрячие и спящие приймите - белое за чёрное, а чёрное за красное, слёзы за вино, прах горький за хлеб, а воду за кровь? Ярость застила глаза ваши, а желчь залила сердце. Мы же вас всех прощаем. Знайте, лишь молитва откроет ваши глаза, потому молитесь о Спасителе дни и ночи ваши. И если дойдет мольба ваша до Господа, исполнит Он Слово свое, и увидите вы истинного Спасителя, не царя в силах, и не мага в знании, и не купца в золоте. Услышь меня, - а я с ними! Жизнь рассветай в земных садах! Аминь!
Мориц, Марина и многие крестились и лица их были просветлены, некоторые из наёмников растерялись, кто-то плакал. Ситуация поменялась когда тамплиеры, собравшиеся в корчме не колеблясь, заняли сторону пилигрима, а не комтура бенедиктинцев и это стало сюрпризом. Тамплие́ры – храмовники или Бедные Рыцари Христа и Храма Соломона — духовно-рыцарский католический орден, основанный в Святой земле в 1119 году небольшой группой рыцарей во главе с Гуго де Пейном после Первого крестового похода. В XII—XIII веках орден был очень богат, ему принадлежали обширные земельные владения как в созданных крестоносцами государствах Палестины и Сирии, так и в Европе. Орден обладал широкими церковными и юридическими привилегиями, дарованными папой римским, которому орден подчинялся, а также и монархами, на землях которых проживали тамплиеры. Орден нередко выполнял функции военной защиты государств, созданных крестоносцами на Востоке, поставив себе цель защитить пилигримов в их паломничествах по святым местам на Ближнем Востоке, новаторской была их банковская деятельность, являются изобретателями чеков. Отряд храмовников возглавлял богатейший человек Франции, а ныне рядовой рыцарь Ордена Элвилин фон Kronic, давший обет бедности.
Оказавшись с мерценариусами напротив тамплиеров, вожак наёмников, сплюнув, под ноги рыцарю и косясь на своих, показал похабный жест спрашивая у тамплиеров:
- А по двое на одной лошади не боитесь ездить, так и до греха недалеко или уже?
- Тупорылый трахинот! – громко обозвал его тамплиер фон Kronic и объяснил рыцарям и комтуру — это не ругательство, а такая рыба из семейства ставридовых. В дымном полумраке корчмы искристо сверкнула сталь - и ближайший наемник отлетел к стене, хрипя и зажимая пальцами рассеченное горло. Увернувшись сразу от четырех клинков, фон Kronic молниеносно вбил пробойник клевца прямо в лоб светловолосому стервецу, с хрустом выдернул оружие, ударом ноги сбил набегавшего врага на пол и достал его колющим ударом, одновременно отбив клевцом нацеленный ему в голову клинок. Второй мерценариус в ужасе завопил, отшатнувшись от рыцаря. Фон Kronic ударил его головкой клевца прямо по зубам, оборвав вопль, развернулся на каблуках, и наемник повалился на пол, опрокидывая табуреты. Кровь из его разрубленной шеи окатила корчмаря, заставив того сложиться в приступе рвоты. Четвертым был монах он почти достал врага острием своего кацбалгера из под сутаны, но пробить кованый лучшим кузнецом в Виттенберге кольчатый панцирь было совсем непросто, а второго удара брат нанести не успел: меч фон Kronicа, обрушившись на его голову, развалил ее пополам, забрызгав мозгом и кровью каминную полку. Пятого Элвилин фон Kronic свалил ударом эфеса в лицо, сломав кости, а шестой, получив удар клевцом над ключицей, умер, даже не успев понять, что с ним случилось. Шестой был странным, его голову чуть прикрывал полуистлевший черный капюшон со светлыми полосами прорех, а над ним, за толстым стеклом купола, так истово бесновался серый снег, что казалось, будто наступили сумерки. Расчистив пространство, рыцарь оказался лицом к лицу с главарем, который не придумал лучшего способа защиты, чем закрыться дочерью трактирщика, вскинув арбалет, он дважды выстрелил в фон Kronicа, тамплиер свалился замертво.
Херувим Юнциани Лилук не мог этого вынести, не смея пошевелиться от вдруг пронзившей боли, внезапно почувствовал, как стоны и крики схватки отзываются у него странной дрожью в солнечном сплетении, крылья деревенеют и кровь, опять кровь, сколько можно то? Они будто что-то вытягивали из него наружу, что-то сокрытое очень глубоко в самой сути естества Морица, что-то очень могучее, дремавшее в нём с момента рождения. И коснувшись пальцами лица, он понял, что по щекам ручьём катятся слезы. Херувим взглядом и руками, не вытаскивая крылья из-под плаща, обратил свои светлые силы и очи, полные слёз на тамплиера. И Элвилин очнувшись, стал медленно подниматься, ещё не понимая, что случилось. Товарищи радостно поддерживали героя встающего рыцаря. Мориц вышел из корчмы на воздух, глядя в небо, впервые улыбнулся, капля упала наземь, и херувим с ужасом уставился на свою ладонь извазюканную кровью. После очевидного оживления храмовника монахи замешкались, потихоньку ретируясь, а наёмники совсем потеряли ориентиры, больше боясь и принимая рыцарей и странного мальчишку-горбуна.
Парню пришлось увернуться еще от пары ударов, то холодных до невозможности, промораживающих доски пола лезвиями, то ошпаривающих злобных и рвущихся в душу и тут среди наёмников отделился очень смуглый почти шоколадный парень, на нём была непонятная одежда, напоминающая форму кожевника.
- А про меня вы забыли? Ребята поиграем в поддавки? - субъект вышел вперёд и подошёл к пареньку, широко расставив тёмные кряжистые руки, его развязная манера вызывала отвращение. Скорей всего он просто хотел поозоровать, напрасно дразня публику. Но люди собрались серьёзные и три тамплиера с трёх сторон подскочили к нему, было видно, с какой силы, без оружия врезав выскочке промеж глаз и по боку, вслед подбежали двое рейтаров, с разбегу добивая наглеца. Красноглазый кожемяка, будучи опрокинутым под стол, засмеялся многоголосым, парализующим волю смехом. Как будто в его теле умещалось десятка два разных людей. Имеющий уши – да услышит. Воротилы Фуггер и Вельзер видимо повлияли на позицию комтура, потому что комтур и прибывший префект действовали уже заодно, отдавая приказ монахам и тамплиерам, а Вельзер наёмникам и все обступили в три круга кожемяку. От монахов и тамплиеров отделилась, чёртова дюжина, они вычислили кожемяку и по команде набросились на него. Связанный и закованный не христь лежал на баварской земле и его узнали! Четыре маркитантки, перебравшиеся с Валенсии в Аугсбург, взахлёб рассказывали, что этот самый человек кожемяка – шейх, казнивший священников у Собора с Граалем. Пока суд, да дело, но им поверили, префект Жакоги возмущённо хлестал кожевника, приговаривая:
- Церковь – наша! Зачем ты казнил священников, не твоего ума дело, не лезь к нам, сколько раз тебе можно говорить.
- Убейте его! Растерзайте дьявольское создание! – воскликнул Иерушалаим.
- Не хочется убийством омрачать открытие Арки, - остановил воинов префект.
Кожемяка-фантом собрался всех удивить, но передумал, ведь его ждали праздничная арка и победоносная Барселона, а не разбитая таверна, а потому фантом лишь раскатисто чертыхнулся, так что задрожала посуда на открытых трапезных площадках, потом кожемяка уронил голову на грудь и взмолился:
- Простите люди добрые, бес попутал! Как же вы меня напугали! А что побили, то правильно – зато беса выбили, ручки то мне отбили, какой из меня теперь кожемяка, теперь встану на паперти и буду просить милостыню. Прости меня честной народ, и вы простите, - кожемяка жалко кланялся всем, вымаливая прощение, а по его чумазому лицу катились крупные горькие слёзы. Но солдаты ему не верили:
- Стой! Куда прёшь, чертяка, мы тебя ещё не выпотрошили наизнанку.
- Наизнанку? – кожемяка стыдливо замялся. – А давайте! – он распахнул своё сермяжное платье и под удивлёнными взглядами вывернул себя наизнанку. Как это получилось, никто не понял, только с кожемяки будто сошла кожа, вывернутый имел другой лик и иной облик. Тамплиеры первыми опомнились, подскочив рыцари рубили нечисть своими мечами. Потом некоторые из них признавались, что это была набитая кукла- фантом, а не человек. Расправились с кожемякой и остатки быстро убрали с пола харчевни, накрыв мешковиной, говорят, тело было неосязаемо. Вот такой непонятный случай предшествовал появлению радостной толпы и с воплями: «Папа прибыл на Арку!» народ дружно ломился к Арочной площади. Большую разъяснительную работу проводили люди Фуггера, а слуги Вельзера сдобряли аппетиты воинов и гостей блюдами и напитками и по такому случаю всем открывали кредиты под запись, немцы есть немцы – всё навека фиксировалось. Автор в Испании встретил парня, предок которого гулял на открытии Арки в Аугсбурге, задолжал там Вельзеру и до сих пор семья расплачивается, правда, имея особняк, дачу, яхту и магазины, рассказов о том был целый чемодан и тележка.
На Арочной площади высилась Параболическая Тройная Арка, впервые созданная здесь испанским архитектором Антонио Гауди. Арка упиралась на столбы и колонны, имела шесть входов – пролётов - это были двери, ворота - два вида сторонами на Испанию – Мадрид и Барселону и на Россию – Шумарью. Слово портал не применялось в отношении к этой Арке. Портал (лат. porta — ворота) — главный вход большого архитектурного сооружения, обычно имеющий масштабное архитектурное обрамление с богатой орнаментацией, понятие также применяется для обозначения «п» - образной рамы камина и входов в иные миры. По сводам и колоннам Арки нарядными фигурками выделялись барельефы и горельефы — скульптуры, в которых выпуклые изображения выступают над плоскостью фона менее и более чем на половину объема. Вот за эти фигурки и был основной торг заказчиков и исполнителей, дорогого стоило изображение в образе на Арке Херувима, успешно заказывали и маскароны — декоративные рельефы-маски, изображающие в гротескном или фантастическом облике человеческое лицо или голову животного. Фризы — декоративные композиции в виде горизонтальных полос и лент, увенчивали на антамблементе и обрамляли внизу части архитектурного сооружения. Замко́вый камень — клинообразный или пирамидальный элемент кладки, выступающий в вершине свода арки, выделялся размерами, имел орнаментальную и скульптурную обработку, получая таким образом и декоративную функцию, украшал Арку глубоким мерцанием, он укладывается последним и служит прочности и жёсткости арки в месте наибольшей нагруженности. Если встать лицом к бокам Арки - колоннам, то не видно входов, зато открывается как по внешней поверхности свода – экстрадосу проходит арочная лестница и арковые ступени ведут по ней. Тройная Арка располагалась огромной дугой, почти рассекая площадь на две части, что это было – переход, мост? Мы не знаем. Скульптуры на Арке представлялись как окна витражи. Одна сторона Арки была выкуплена вторым рыжим херувимом и сейчас полностью завешена. Завешенную часть не открыли, так как сам заказчик не приехал, но использовали для показа предыдущих работ ювелира, их трансляция каким-то образом сейчас проектировалась на это огромное полотно, напоминая ювелирный телемагазин. Увеличенные его творения производили странное впечатление, форма, цвет и неземные сочетания вводили зрителей в транс, ступор и экстаз.
Началось освящение Арки. Молебен проводил не много ни мало, сам комтур Абрам Иерушалаим. Церковные песнопения радовали многочисленную публику знакомыми умиротворяющими звуками, верующие тихо подпевали, действие происходило на четырёх площадках и площади. Сюда прибыли местные богачи Якоб Фуггер, Вельзер, самый знаменитый житель Аугсбурга великий германский художник Ханс Хольбейн; префект Мэлор Жакоги, фактотур, которые дождались возвращения аугсбургского изгнанника. Было немало туристов и переселенцев - испанцы, мавры, подданные британской и российской империй. У людей нюх - почище разведок на такие события. Из России с любовью, на выручку пропавшим рыцарям – РаФ-ту у мавров, Дену Сувярочу у Инквизиции и непонятному Ринсу - прибыл Штурман. Гость (Вельмонтес), папа (Понтифик), генерал (Сид Кампеадор), Йорик (Тински Йорик), Егор Шатров, Суперрегистр и другие очень известные герои-цивфанатики были приглашены на Открытие Арки, но, к сожалению, так быстро сумел прибыть лишь Папа из Рима. Папа Понтифик восседал на возвышении окружённый католическими священниками. Предвкушая Шоу Арки, и Явление Херувима народ волновался, Аугсбург входил в мировую историю! Знать обсуждала Арку. Император Шумарья отправил своего нового придворного – церемонийместера для организации открытия. Его никто не видел, но люди организующие торжество сновали всюду, получая распоряжения. Можно сказать церемонийместер незримо руководил открытием Арки. Знать переговаривалась:
- Европа изменилась – Европу не узнать! Россия, Германия, Франция, Италия – украшения Цивилизации.
- А Нейстрия? – она слилась сейчас с Россией.
- Испания воюет с Мавританией, Британия стоит в тёмном коридоре, беспрестанно заглядывая в Европу, как тут идут дела, а где можно поживиться?
- Где вояжи флота – это тоже Россия, однако есть хорошие чужеземные корабли, и дальние земли могут принести немало хлопот.
- А Император? У нас один – Шумарья, к тому же он баварцам почти земляк – саксонец!
- Бавария, как и Пруссия, Саксония и Бранденбург не входят в Нейстрию и Российскую Империю.
- Посмотрим, кто лучше заживёт.
- Столько шума из-за трёх арок!
- А ты видел где-нибудь такую?
- Про арки вообще не было слышно, эта возможно первая.
- Странное сооружение, вроде арка, но какая-то мудрёная с вывертами.
- Свалка-скотомогильник и Арка Херувимов – воистину пути господни неисповедимы.
- Арка то огромная, так они дальше собираются строить Аркаду?
- Есть проект, что под этой аркой крестом пройдут две аркады крестовина придётся под самым антаблементом и последующие арки двух аркад будут поменьше.
- Аркада крестом?
- Нет, такая аркада проиграет красоте обычной линейной.
- Сюже́тная а́рка — последовательность эпизодов связанных общей сюжетной линией, в периодически издающихся произведениях, сериалах, романах, комиксах, чтобы облегчать понимание структуры и ориентацию в сюжете длительных повествований. Именно её и построили в Аугсбурге, - раскрыл глаза фактотуру Штурман.
- Три арки – это три линии сюжета? Забавно, - Россия, Испания, вояжи флота, так что ли?
- Предположить можно несколько вариантов, - ответил капитан второго ранга.
- Приглашаю вас посетить Конгрегацию Оккультов, мы поделимся секретами, визит я думаю, будет обоюдовыгодным, - фактотур с нескрываемой надеждой посмотрел на кавторанга.
- Я здесь проездом, спешу выручать наших рыцарей, попавших в руки мавров и инквизиции.
- А мы вас не задержим и к тому же сумеем помочь вызволить ваших друзей.
Префект Жакоги, сенатор Утамия и Ханс Хольбейн, занимая почётную ложу, расположенную слева от папского возвышения тоже обсуждали Арку:
- Профинансированы ещё 2 арки и заказаны 3, но согласитесь, нынешние три смотрятся великолепно!
- А если мы выстроим аркаду, средства позволяют, возможности теперь тоже, Аугсбург приковывает внимание всей Цивилизации и это неплохо! – сенатор вдохновенно глядел на тройное чудо, парившее над площадью.
- Строя аркаду, придётся менять эту арку, будут утеряны её свойства. Арка будет перестроена – лестницу с экстрадоса уберут и все окна будут на антамблементе, а не на колоннах, тем более что соседние пристроенные арки закроют боковые окна на упорах.
- Сенатор, вы обещали показать мне церемонийместера.
- Я с ним ещё не знаком, Его Императорское Величество ждёт моей оценки церемонии, что ж посмотрим. Кстати господин префект ваше мнение - появление Аркады как-то отразится или всё это сказки дядюшки Римуса?
- Аркада модет стать этапом, преоткрывающем новые двери или просто продолжит череду событий, кому мало показалось горельефа, барельефа или маскарона, тот платит больше, строится следующая арка, давая начало аркаде. Арка́да — ряд одинаковых по форме и размеру арок, опирающихся на колонны или на прямоугольные или квадратные столбы — устои. Господа, конгрегация Оккультов считает, что Аркада это определённые сценарии развития событий нашей жизни, которые мы сможем выбирать – у нас есть три арки, три варианта. Подробности у фактотура..
- Арка, пути, честно скажу вам, что я думаю по этому поводу, мой банк в Эссене – вот настоящая арка и пути, целых три или пять, как захотите! – уверенно и доброжелательно проговорился Герберт.
- Никогда не хвастайте этим дорогой сенатор, церковь и власть могут сильно изменить ситуацию, шутя, прихлопнув пару-тройку таких банков.
- Вот поэтому я и сенатор, здесь и ожидаю Аркады, чтобы этого не случилось и скажу вам по дружески, дорогой префект, банки приуспели на этом поприще больше церкви, умоляю, не говорите только это никому.
- Неужели сенатор Утамия боится костра?.
Арочные устои были украшены пилястрами, полуколоннами, поддерживающими венчающий аркаду антаблемент. Антаблеме́нт — балочное перекрытие пролёта или завершение стены, состоящее из архитрава, фриза и карниза. Использование ряда арок увеличивает прочность конструкции, поэтому аркады используются для поддержки крыши или антаблемента и могут выдерживать большие нагрузки. В средневековых английских соборах и монастырях встречались крытые аркады, представляющие собой крытый проход, ведущий от трансепта или нефа церкви к внутренним помещениям. Часто крытая аркада примыкала к монастырю с восточной стороны, закрывая проходы, расположенные в крестообразных церквях, южнее трансепта. Арка, прислонённая к стене и не имеющая сквозных пролётов, называется слепой, ряд слепых арок образует аркатуру.
Внизу проходил установочный фриз для запуска колебаний с миниатюрными выпуклыми значками, дублирующими изображения в окнах колонн, архитрава и фриза антаблемента. Официальная церемония – чудесную арку построили, осталось включить, но как? Известные люди на виду у публики подходили, чтобы запустить колебания – и не выходило, так прокололись комтур, Вельзер и фактотур – рука каждого, трогавшая и не разбудившая, символ была уляпана краской. Колебания можно было запустить силой души/силой духа, после их неудач - вот рыцарь-тамплиер Элвилин фон Kronic решился на это. Немного нервничая, он четвёртым подошёл к фризу, выбрал символ, уверенно сдвинул его – и окно-барельеф на колонне засветилось нежным померанцевым — апельсиновым с розовым - это открылся Коттоновский Генезис или Коттоновская книга Бытия — богато иллюминированная рукопись ветхозаветной книги Бытия на греческом языке, датируемая рубежом V и VI веков. Название — по Коттоновской библиотеке, в которой она хранилась. К моменту пожара в рукописи отсутствовала примерно четверть страниц и треть миниатюр, после пожара от рукописи остались 134 фрагмента пергамента, сильно обгоревшие и сморщившиеся от температуры. Ура, получилось, Арка заработала! Храмовник первым привёл в действие удивительную Арку. Оживление и восторг, царившие среди зрителей переполнили городские стены и вылились наружу, возвещая о новом чуде Арки.
Ханс Хольбейн, живописец потрясающий портретист, гордость Германии не хотел участвовать в этом чрезмерно публичном Шоу Арки, но статус вынуждал, и Великий Художник с застывшей нервной улыбкой на лице разбирая изображения на фризе, остановил руку на четвёрке коней, над которыми высилась четвёрка журавлей. Шмальтовым — голубым, от названия краски, которую делали из толченого синего стекла смальты – под самым карнизом высилась вспыхнувшая вдруг Квадрига. Гул прошёлся по площади, и не было рядом дома с закрытыми окнами для такой новости. Колебания, разбудившие квадригу, доходили до замкового камня, где плавно затухали.
А где же херувим? Впечатлённые небывалым зрелищем люди позабыли о главном герое и все взоры устремились на Папу. Вот и пробил час – Его Святейшество держался великолепно. Без помпы и лишнего бравура, но и никакой скорби, милое лицо и народ благоговел, видя таким своего Понтифика. Муаровым — травянисто-зеленым под его рукой сразу доверительно открылась Троица. Хор мальчиков, ожидавший этого момента, звонко и радостно запел, а народ затаив дыхание, взирал на красоту, слушая чистые дружные голоса непорочного мира, целое поколение будет вспоминать этот день как самый невероятный в своей жизни. Троица и Квадрига несли благость и успокоение, надежду и лучшую правильную жизнь. Ох, как хотелось бы в это верить!
Штурман, его тянуло на очередное признание – теперь у Тройной Арки. Кавторанг выбирал два символа: один юбагрый – багровый, светло-багряный/светло-синий – цвета Драконид - крупная и широкоплечая чешуйчатая тварь зеленого цвета высотой за два метра в кольчуге и с длинным копьем в правой руке, а второй нам не удалось разглядеть. Бывший префект по очереди стал двигать их, но лишь уляпал обе руки краской в два пульверизатора брызнувших из фигурок-символов, забрызгав нарядный кафтан. В толпе раздался свист разочарования, несмываемые на руках пятна, говорили о неудачной попытке. Фактотур подойдя, пожалился Штурману:
- У меня такая же история, правда, на одной руке – я одну фигурку запускал. Тут недалеко наша Конгрегация, там смоим пятна позора на руках! – весело, как ни в чём не бывало, предложил он.
Рюбецаль был следуюшим. Карминовым гарельефом были изображены "ожившие" заклятые враги - коммунистические лидеры – Сталин Троцкому сказал: пойдём-ка милый на базар, купим лошадь карюю, накормим пролетарию. С тех пор – "призрак бродет по Европе, призрак коммунизма".
Префект Жакоги перекрестился и посмотрел в небо, вот святоша! Но неожиданно он выбрал фигурку Энтузиаста, выполненную в шартрезе — оттенке жёлто-зелёного цвета, посредине частоты видимого спектра. Глаза имеют рецепторы для восприятия синего, зелёного и красного, но мозг получает информацию о разнице яркости и цветности. В итоге рецепторам мозга легче всего увидеть именно цвет шартрез. Этот цвет используется психологами, экстрасенсами, художниками, как успокаивающий и самый заметный для человека. Энтузиазм нужен во многих благих начинаниях, человек живёт ни одними молитвами, нужно ещё работать, отдыхать, воевать, любить. Префект оживил Энтузиазм.
Но почему не было херувима? Люди так хотели увидеть своего героя-небожителя. Оставались пустыми незанятые и непроданные витражи антаблемента и колонн - окно Херувима Морица – окно благоденствия - войти и всё будет хорошо, люди заживут счастливо, так херувим принёс шанс без мучений вступить в эру благоденствия. Жаль, что некому было открыть его. Распорядители церемонии не нашли возможности объяснить людям отсутствие херувима. Пустовало и окно "Песочные часы" – Феномен Квазискачка Сверхпрорыва – когда провинция уходит далеко вперёд одной мощной разработкой. А ещё цианом, свинцовым и краплаком зловеще обозначалась окно - Тень.
- Кто заказал Тень? – возмущённо спрашивал комтур Иерушалаим.
- Я заказал! А что нельзя? Кто против – два шага вперёд выйти из строя! – разодетый в шелка, кожу, отделанную золотом, шейх Мъяркур выплеснулся незамеченный до того из отдаления, он же кожемяка-фантом, величественно и грациозно встав под правой Аркой, задрал вверх голову.
- Высока чертовка, это моя - третья в Аркаде, верно миллионщики? Деньги решают всё, ведь так – отцы города? Громче, черти-процентовщики, я вас не слышу!
Фуггер скептически наклонив голову, закивал согласно, а Вельзер наоборот несогласно, Утамия же натянул на лицо шляпу, будто это к нему совсем не относится. Однако поднялась встревоженная сумятица, узнавшие его негодующе шумели.
- Господа! У меня уплочено! – глядя честными глазами, удручённо развёл руками Сулима.
Мудрецы, названные выше, присутствующие на столь грандиозном действии, заранее ожидали чего-то подобного, ведь такое событие "враги" не могли оставить без внимания. Что-то приберегли на подобную выходку - и первыми фанатично ринулись на нечисть монахи с крестами. Честное слово это была могучая сила, но её снесло как ветром, когда Мъяркур стал азартно плевать на них, ***оча и резвясь словно ребёнок. Со стороны это выглядело обыкновенно – вдруг подул ветерок, и монахов снесло, слава богу, они не уронили кресты, удерживая их в руках. Следом пошли рыцари с мечами и когда первые из них приблизились к шейху, тот немыслимым образом изворачиваясь, нанёс спонтанно дикие непредсказуемые удары по смельчакам и те отлетали, с мечами, с копьями, в кольчугах заваливаясь у Арки вместе со своими лошадьми. Публика не успевала за мгновенными бросками Мъяркура, замечая лишь отлёты рыцарей в стороны, обескураженные таким поворотом, воины терялись в догадках, как теневому защитнику удаётся так нападать. Несколько дружных бросков с разных сторон привели лишь к нелепым ранениям от своих же случайных ударов. Ушибы, падения, один свернул себе шею, другой сломал ногу, третьему распороли бок, у четвёртого вытек глаз, пятый отбил внутренности, шестому почти отрубило руку, а седьмой сошёл с ума, восьмой зачем-то стал умываться, девятый, сбросив доспехи, пошёл биться с шейхом на кулаках. Вот его-то заказчик Тени и пропустил к себе.
- Так значит, ты маг или ты демон, ответь мне нечистая сила, - спросил фон Kronic, доставая меч и нож. - Я же человек и рыцарь тамплиер и ничего ты с этим не сделаешь! – перед Сулимой гордо и независимо стоял Элвилин фон Кроник, рыцарь-тамплиер.
- Почему, человек? - искренне удивился Мъяркур.
- Я первый богач Франции, выбравший бедность. Это называется сила духа. Повесть о настоящем человеке, слышал? А ты, ну, надел все побрякушки опустил забрало, потом залез на боевого коня. И прошёл сквозь телепорт. Зашибись, какой ты сильный и навороченный. А я просто француз, просто рыцарь-храмовник и стою на своей земле и нет у меня никаких волшебств и не уступлю я тебе свою землю, будь уверен - хоть убей или хоть убейся! Ты бессилен и должен отступить, впрочем, я предлагаю тебе сразиться.
- Элвилин ты меня удивляешь, конечни - рыцарь да ещё тамплиер, но я, то не дракон, наши дорожки расходятся у Арки, - он развёл руками, мол, нет проблем, как встретились – так и разбежались. И Сулима отступил, демонстративно поднимая руки:
- Всё сдаюсь, рыцарь Элвилин меня ухайдакал!
Мъяркур преломил меч и сбросил с себя кольчугу.
- Вяжите меня!
Тамплиеры живо скрутили пленника, привязав к арочной колонне, оставили его на суд церкви, их торопливо зазывали и они удалились на подоспевший праздничный ужин в корчму на соседней площади Ратуши. Назревал самосуд, жизнь есть жизнь, а жертва – любимое занятие толпы. Тут подняла голову местная ОПГ, неприятным открытием кое-кому стало наличие здесь организованной группировки. Бандиты с ножами выходили лихо, подбоченясь, ухмыляясь, матерясь на всю площадь, так что верующие, чистые и порядочные люди затыкали уши, а детей уводили подальше. С этими связанный Сулима не церемонился - видать почти свои, известным только ему способом, натравив пару группировок, друг на друга и осыпав их летящими с маскарона Тени в толпу золотыми. Справедливо завязалась драка, ведь в борьбе за золото побеждает сильнейший. Парни дрались от души, в дело пошли ножи и запрещённые удары, пришлось вмешаться солдатам, чтобы очистить площадь.
Сулима сощурился, стряхнул оковы, вериги опали, но он, подхватив их, поднял над толпой и заорал на стоящих:
- А теперь на колени жалкие людишки, все на колени! – вериги в его руках искрили и щёлкали, электрическая дуга с конца цепи перемахнула на ближайшего человека и устремилась в толпу. Люди, получившие электрошок орали, немели, теряли сознание, умирали, обновлялись, при этом он пинал ближних к нему людей и те группами падали ниц, валились лицом в грязную землю, подвывая от боли и стыда.
- Все на колени! - гремело на площади, хороша была поверженная толпа, но недолго длилось наслаждение. И тогда в центр перед собравшимися, вышел Понтифик со словом божьим, он обращался к народу, но сила веры словом обрушивалась на выборщика Тени - Сулиму Мъяркура. Речь Его Святейшества тронула всех, и Сулима, прослезившись, в ответ спросил с вызовом в голосе:
- Хорошо папа, убедил, но Аркада! Кто вам позволил! Что вы тут выстроили? Войны захотели или засухи? Аркада запутает ваш и без того навеки испорченный мир, недаром так воняет! Эх, безумные! – он с горечью уронил голову, но дьявольская улыбка предательски рвалась наружу.
- Концерт окончен - пора по домам. Ждите следующую серию. Я приду к вам ночью в страшном сне, - Мъяркур прощально помахал "хвостом" народу.
- Замолчи Сулима! Ты не властен над честными христианами!
- Над честными – это да! Найдите мне их, на лбу же не написано - так напишите.
Тогда Папа Понтифик воззвал к своему народу:
- Христиане! Скажем все вместе как один – верую! И злодей уйдёт.
Он высоко поднял руки над паствой, народ, опомнившись, собрался с духом, приготовился, Понтифик взмахнул над площадью рукой и все как один разом выдохнули:
- Верую!
С неба, рассекая Арочную площадь, искря на солнце, Сулиму пронзила стрела из Ангельского Пера. Это журавли дальше отправились в путь, а пилигрим Мориц следовал за ними. Торжества проходили без херувима, якобы по договорённости с ним. Стерхи пролетали под Аркой и одно перо херувима, застрявшее на журавле, слетело, стрелой ангельского пера обрушиваясь на Мъяркура. Мъяркур пошатнулся, схватив себя за голову, поспешно стал отходить от Арки вглубь ближайшей тени, лежащей у дома. Отступив, и не дойдя пары шагов до тени, он свалился наземь / поверженный Сулима упал на ступени главного входа, в миг на Арке распахнулись все окна, десятки цветов ударили незримыми прожекторами на восхищённую толпу зрителей. Так иллюминация Арки прощалась с Морицем.
- Имеющий уши – да услышит, залазящий в душу, - с ужасом вглядываясь в Сулиму, проговорил префект Жакоги.
- Только сумасшедший может овладеть запрещенным колдовством, - сказал фактотур Конгрегации Оккультов.
- Демон совсем распоясался, потерял всякий стыд.
- Это не демон, а шейх, вот арки и не пускают его изголяться и демонствовать над людьми.
- Но, это, же омерзительно! - закричал Иерушалаим. - Он сумасшедший! Его нужно изолировать!
- Глупцы не трогайте его!
- Идите все отсюда, немедленно!
- Нравится вам это или нет, но он представляет для нас большую ценность, даже большую, чем вы, - проговорил белый как полотно фактотур.
В забое
Как сбит тот упрямый наездник жестоко
Ударом двухкратным, струёю потока
Весны окружения, дьявольских лиц,
Жаждущих только падения ниц
Надолго отброшен искатель экстаза
Эмалью он неудачи обмазан
Срок уж четвёртый его распирает
Тем неуверенную поступь сбивает
Какой же нужен счастью срок?
Хотя бы только упоения кусок
Сонм странностей и отступлений
Причина ли мрачных мгновений?
Порок судьбы – удар острейшей боли
Винись, нет никого с тобою в поле
Быть может, ты и выдержишь едва
Но всё равно хромать будет нога.
Да разве чем-то можно заменить
Стремление могучее рождённое природой?
Тебе пытаются душу спалить
Своею тычут дурною породой
Придут ли твои долгожданные дни
Удача, миг греховного забвенья
Ты весь в себе – сожмись и жди,
Огни, отыскивая мрака упоенья
- Хороший церемонийместер у этого спектакля, не правда ли? – фактотур привёл Штурмана в конгрегацию. - Вот мы и дома! Конгрегация Оккультов ждала такого гостя. Столь важная персона, сделавшая одну роковую ошибку.
Штурман сразу всё понял:
- А я-то дурак, поверил этому проходимцу!
- Ничего у вас будет много время всё вспомнить и помечтать о лучшем. На всю оставшуюся жизнь, - зловеще поведал фактотур. – Затворником в келье.
Оккульти́зм (тайный, сокровенный) — общее название учений, признающих существование скрытых сил в человеке и космосе, доступных лишь для «посвящённых», а также комплекс верований в существование скрытой связи человека с потусторонним миром. Оккультизм тесно связан с такими понятиями как магия, колдовство, эзотеризм, экстрасенсорика, паранормальные явления. В основе оккультных практик лежит древняя «тайная философия», которая опирается, с одной стороны, на магию и алхимию периода эллинов, а с другой стороны — на иудейский мистицизм и Corpus Hermeticum, сборник текстов, приписываемых Гермесу Трисмегисту. Оккультизм эпохи Возрождения тесно связан с течениями - герметизм, христианская каббала и розенкрейцерство. Оккультизм — это изучение оккультного, скрытого знания, философская система, стремящаяся синтезировать знания, добытые науками, с целью установить законы, управляющие всеми явлениями, включая экстрасенсорное восприятие, астрологию, нумерологию, магию, хиромантию, спиритуализм, толкование и изучение символизма карт Таро и гадание на игральных картах. Согласно определению религии как веры в существование сверхъестественных существ, явлений и сил, оккультизм является разновидностью религиозного мировоззрения. Традиционные религии, такие как христианство, буддизм, иудаизм, индуизм и ислам, обычно не относят к оккультизму. Оккультные феномены противоречат современной научной картине мира, и не признаются современной наукой. Оккультизм основан на иррациональном типе мышления, не допускающем разделения объективной и субъективной сферы, таким образом, представляя собой антипод, противоположность современному научному мышлению, познание которого строится на объективном восприятии.
Мы искусственно закрыли себя для восприятия целого рода оккультных явлений природы, которые воспринимались в прежние времена, когда сознание не было так подавлено рационалистическими ограничениями. Наука принуждена расширить свои границы до бесконечности и исследовать все явления, как бы ни казались они ей необычайными, оккультными, почти чудесными. Природа мира и природа человека бесконечно богаче силами, чем это представляло себе научное сознание просветительной эпохи. — Николай Бердяев.
В Торе занятия оккультными практиками осуждаются: «Не должен находиться у тебя … прорицатель, гадатель, ворожея, чародей, обаятель, вызывающий духов, волшебник и вопрошающий мёртвых; ибо мерзок пред Господом всякий, делающий это, и за сии-то мерзости Господь Бог твой изгоняет их от лица твоего». Распространение христианства было связано с вытеснением оккультных учений: («А из занимавшихся чародейством довольно многие, собрав книги свои, сожгли перед всеми, и сложили цены их, и оказалось их на 50 000 драхм.» Деяния 19:19). Христианское учение также содержит запрет на оккультные практики: («Боязливых же и неверных, и скверных и убийц, и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов участь в озере, горящем огнем и серою.» Откровение ап. Иоанна 21:8).
Ночное Шоу Арки под аккомпанемент вспыхивающих огней оживлённых фигурок до утра не отпускало публику. Среди английской молодёжи, добравшейся в Аугсбург на открытие арки выделялась группа менестрелей, выйдя перед площадью юный блондин Джастин Тимберлейк исполнял "Нalilluyya" (Алиллуйя). Под лёгкий снежок, падающий на заполненную до отказа народом Арочную площадь, песня звучала проникновенно, подпевали и плакали ни одни девчонки, а даже видавшие виды суровые воины, впрочем, они просто были пьяны. Завершал церемонию афроамериканец, выступавший в невиданных ранее тёмных очках. Под самой Аркой на клавесине Стиви Уандер самозабвенно пел и играл "I Just Called to Say I Love You", акустика разносила вдохновенные звуки от арочных плит, и слепой музыкант навсегда покорил публику.
Накрытое большим чёрным покрывалом, у ступеней Арки лежало тело Мъяркура, а над ним вилось густое и слабо бурлящее тёмное облако, словно дымная завеса. В одной из библиотечных книг сенатор сегодня вычитал, что самые распространённые проявления некромантии обычно имели вид тёмно-коричневого либо чёрного дыма. Народное гуляние на Арочной площади шумело бубнами, гитарами и разухабистыми выкриками, к Герберту подошёл закутанный в саван высокий брюнет.
- Ну как вам зрелище, получилось, я старался?!
Утамия всмотрелся, эффектный незнакомец. - Вы назначены Императором?
- Да, я – церемонийместер, - и незнакомец слегка распахнул саван, под которым ослепительно сияли золото и драгоценности чрезмерно и безбожно развешанные на одежде. Сенатор невольно отдёрнул взгляд и внимательней присмотревшись, замер, перед ним стоял шейх, который улыбался.
- О, боги! – искренне вырвалось у Герберта.
- Да бросьте, сенатор, к Триединому вы не имеете никакого отношения.
- Но как-же я ведь всю жизнь молился ему.
- Он мой брат, так что это не так уж и важно кому вы молились.
Часть 11. 7. КОНСТАНЦ
Покинув Рим, летом я приезжал домой и купался в Сказочном озере, где впервые увидел стерхов. С этого Сказочного озера на великой сибирской реке у города Фирузо и начинался полёт чудных птиц, чьим новым пристанищем стало Боденское озеро. Велико же было моё удивление, когда я услышал рассказ о херувиме и естественно загорелся желанием познакомиться с ним. Но гостил я в Фирузо, а Мориц пришёл следом за птицами в Констанц к Боденскому озеру. Мальчик остановился в монастыре бенедиктинцев, предъявив монахам креденциал - "паспорт" пилигрима, с отметками о посещении того или иного монастыря при совершении паломничества и "продуктовая карточка" путника. В средние века на территории Европы шли постоянные войны. Единственным убежищем для многих простых людей стали монастыри, где человек мог получить защиту, кров, еду и человеческое участие. Защиту крестьяне получали от сеньора и короля, но монастыри давали стабильность и покой, так как были под покровительством Византии, а позже святого Папского престола. Грабить крестьян соперника, прибавляло эмиру или маркграфу богатства и чести, но обижать монастырских работников, оскорбляя церковь и лично папу было не выгодно и опасно. Поэтому в монастыри стекались крестьяне и мастеровые, купцы и путешественники, воины и учёные, а монастырские хозяйства порой превосходили владения феодалов. На острове Боденского озера располагался бенедиктинский монастырь Райхенау, построенные в IX—XI вв. на его территории церкви св. Марии и Марка, Петра и Павла, Георгия. Через Райхенау проезжали пилигримы, монастырь имел школу, скрипторий и художественную мастерскую, с лучшими иллюминированными манускриптами X—XI вв. и самую древнюю в Германии настенную роспись. Здесь проходила миссионерская деятельность Кирилла и Мефодия, а рядом с журавлями создавал ювелирные раритеты мастер Юнциани Лилук.
Первый перелёт после Арки давался стерхам нелегко - сказался стресс, когда птицы пытались спасти замерзающего в сугробе херувима, а стрела из ангельского пера сразившая Сулиму забрала все их силы - после Кузее и Аугсбурга журавли заболели. Юный Мориц был рядом, он никогда не видел, как лечат, но желая помочь своим крылатым друзьям, искал в себе лечебные флюиды. Крыльями как опахалами мальчишка развеял сонмы болезни, журавли сгруппировались вокруг и их тонкие шеи жадно ловили благотворный воздух. Эманации крыльями херувима творили чудеса оздоровления, а когда через пару дней у озера появилась Марина Марси юноша и стерхи просто воспряли духом. Девушка снимала комнату поблизости, чтобы быть с журавлями и конечно помогать ему, ласковые руки, забота и голос Марины, понимающий и доверительный, не остались без внимания - стерхи боявшиеся людей привыкли и приняли её. Выздоровлению прилетевших оба радовались как дети, а журавли радовались вместе с ними, Маринка, кашляя, спрашивала сидя у воды:
- ´Скажи мне мальчик, что надо тебе для счастья? Полные ладони смеха и кружку студёной водицы, свободный полёт и призывные крики стерхов, а может долгую дорогу в дюнах´, - и со смешком добавляла, - ´или мешки наполненные золотом, да безумство ожидающей чудес толпы? Ты приходишь и уходишь, а жизнь течёт своим чередом, маленький мальчик херувимчик, приносящий людям счастье´, – лицо Марины бледнело в нежарком вечерне-полосатом небе, а озёрные блики рябью ходили по их тонким пальцам.
- Маринок всюду хорошо, где нас нет, вот этих птиц, осталось всего двадцать особей, а они ведь были во множестве подарены цивилизации, как и другие исчезнувшие диковинные виды. Со стерхами связана судьба России – страны, простые люди которой давно заслужили счастья. 20 стерхов – это 20 последних надежд и потеря каждой птицы сулит большие неприятности.
- Журавли и целая страна?
- Да Мариночка, Россия – это не всеобщие пьянки в праздник и в будни, не повальное мздоимство и блат, не лукавое бесправие и противозачаточные свободы, нет! Россия – это песни, летящие из самой души, это безграничная ни с чем несравнимая материнская любовь к сыновьям, это неизведанная печаль в творчестве и летящие вдаль белоснежные журавли-стерхи, это бесконечная череда проб и ошибок, приобретений и потерь всего, да извечная тяга домой, если ты покинул отчизну. Все народы в изумлении смотрят на русских – сколько можно то страдать – удивляются они, за нашими детьми выстраиваются очереди, наши женщины – лучших спутниц нет в мире, а мужчины – такие таланты ещё поискать!
- Мориц, неужели ты – русский? Совсем не похож, но так говоришь, а главное веришь в это, как русский.
- Мариша я херувим и это моя национальность.
- Ты помогаешь русским с их журавлями, а я, выходит, помогаю тебе?
- И стерхи помогли мне в Аугсбурге, вот дойду с ними до зимовки, обустроимся, тогда и посмотрим дальше.
- А что люди? Херувим, ты принесёшь им счастье?
- Людские страсти пугают, меня учили – добро и зло, а у людей оборачивается всё гораздо сложнее, я теряюсь в водовороте их желаний и мыслей.
- А может, просто - будь - как будет, глядишь, люди и сами разберутся?
Прогулка по берегу Боденского озера, они шли и говорили о журавлях, о счастье, о людях, о судьбе, смеялись и спорили, махали птицам, забыв о средневековом времени феодальной раздробленности и национальной принадлежности, просто радовались этому вечеру и стерхам с нетерпением, кружившим вокруг и с надеждой поглядывающим на них сверху.
Естественно Мориц приковал всеобщее внимание к себе, но особо его опекал приор доминиканского монастыря города Констанца:
- Мориц сын мой в твоём долгом путешествии потратил ты изрядно сил. Мы с братьями-монахами надеемся, что наш монастырь станет тебе домом.
- Скажи сынок, ты всем доволен у бенедиктинцев, может, переберёшься к нам, видишь какой у нас большой монастырь? – с двух сторон посетители тянулись в монастырский двор, и половина их была плотно закутана, однако мальчик заметил женские лица, некоторые оглядывались на него.
- Вот видишь, дорогой друг - тебя желают видеть очень многие, а нескончаемый поток посетителей монастыря укрепит веру в людях. Не часто приходится в жизни встречать херувима. Изделия конечно хорошо, птицы – прекрасно, но живые люди тоже требуют внимания.
- Ваше степенство господин приор, конечно, всё созданное - людям, дайте мне благополучно разрешить историю стерхов и я днями буду служить церкви и принимать ищущих встречи со мной.
- Хорошо Мориц так и договоримся, хотя журавлей я мог бы получить Ордену, доминиканцы - монахи серьёзные всё доводят до конца, и птиц бы привели куда надо, ты ведь знаешь, куда они летят?
Вверху на потолке что-то зашуршало, приор оборвал свою речь, мельком бросив взгляд на своды и простившись с крылатым мальчуганом, вышел из мастерской. Какой богатый набор материалов и камней, приор постарался – у Морица глаза разбегались от реквизита. Но вперёд, наконец-то талантливый ювелир Юнциани Лилук мог, целиком, окунутся в работу. Ха, руки пели, а камни сочились азартом, осталось играючи слепить, оглушая талантом, да ладно, чего уж там, почти готово. Из его рук возникал чудный раритет – «Звенящий монетами Ручеёк Быстрица» 225 реликвия - из 4 драгметаллов – золота, серебра, платины, родия и 8 ювелирных камней: слегка прозрачные высокоценные жемчужины 1800, 320 гран, яркозелёный опалесцирующий опал – кошачий глаз, нежнейший хризопраз, единственный кристалл селестина, пурпурный балаш 400 карат, багрово-алый корунд ратнарадж*, яблочно-травяной гелиотроп. С дополнением пяти уникальных пород – чёрного, белого и красного дерева, да диковинной органики костей, рогов, бивней, зубов.
Заказчик увидел, над чем работает Мориц и загорелся, во что бы то ни стало иметь такую же работу, так вслед за "змейкой" и появился "ручеёк" перекликающийся живой и оригинальный. Полотенцем ручеёк - пронизывающий композицию оживлённо ускоряющий и торопящий за, казалось безумными непостижимыми и реально отрезвляющими как непроходящая ломота дёсен событиями. Звенящий – раритет звенел или мелодика рождалась в головах видевших эту чудесную вещицу? Звенело у всех, монеты - золотистые серебристые огненные, чёрной сажи, серого металлика - струились, рассыпаясь и звеня ручейком. Изюминка композиции - ´убыстряется быстрица´ – её присутствие делало эту вещь нереальной стоящей особняком в ювелирике, антиквариате и артефакторике и уносило в такое прошлое этой земли, когда и люди были другие, да и мир был совсем другим. Быстрица мгновенно и навсегда "улетела" в закрытую коллекцию. Но прежде паук, повиснув на паутине и покачиваясь над Морицем, долго в раздумье рассматривал новое творение, а ночью, когда юный ювелир спал, прикрывшись крылышками, членистоногая тварь изучала раритет, лазая по его каменьям. В одном месте паук застыл в изумлении, и клейкий секрет капал на камень ратнарадж-быстрицу, отчего тот приобрёл невиданные ранее свойства став адильяром – магическим талисманом.
Знаменитости встают в очередь за композициями, их купили испанцы и Тёмриц, стратег Британии, король Франции, вторую и третью работы увезли в Чип Трик и Альгамбру. Монашек работал над камнями с иризацией, опалесценцией – диопсидом, тигровым глазом и др., придавая им нужные формы, обрабатывая камни мелким кварцевым фивским песком или песком из пемзы и ноздрёванного камня на каменной неподвижной плите, а затем глянцуя более твёрдыми минералами иногда нанося на них рисунки или надписи. Изображения он вырезал мелкими плойками алмаза, вставленными в железные державки. При полировании твёрдых камней использовал тонкий порошок из дроблёного горного хрусталя. Поделки юного дарования приводили в восторг знатоков. Камни и металлы, обработанные им, пели и играли, композиции оживали, а едва находили заказчика или коллекцию – как сразу становились талисманами и раритетами. Юнциани Лилук в камень добавлял максимальный блеск, глубину, песню, игру, плавающий эффект и наверное крупицу таланта сверху.
- Это ж надо так слепить!
- Откуда такая игра камня?
- Ничего подобного не видел!
Его работы были перекуплены и разлетались по коллекциям, они выделялись креативным решением– не обычные броши, колье, короны, браслеты и перстни, а сложные нестандартные композиции, например его знаменитая и запрещённая – «Боги Спускаются на Землю» 224 реликвия – четыре фигуры, земля, космос, воздух, одеяния и четыре фразы, произнесённые богами; в ней использовались – золото, платина, серебро, яшма, янтарь, яхонты, алмазы, шпинель, гранаты, хризолиты. Возможно ли, было такое сочетание роскоши, изящества, цветов и фантазии? Кто это видел - скажет, возможно! Стихии в нём изображены в виде четырёх плоскостей, четыре фигуры разодетых богов и четыре их фразы выложенные чёрными камнями. Если бы парню досталась полная цена этой небывало драгоценной игрушки, он мог не работать 100 лет, а гулять и прожигать жизнь, но Мориц выбрал путь пилигрима, менял места, создавая там свои шедевры. Работ было немного – все можно пересчитать по пальцам, но зато какие! Так кто он – пилигрим, ювелир, херувим или ´зелёный´ - этот Мориц Юнциани Лилук?
«Вьющаяся под ногами Змейка Хитрюга» 226 реликвия – работа Морица из золота, платины, серебра, чёрного граната – меланита, бирюзы-исхаки, искрящихся гиацинтов и малиновой перадоли. И вот – змейка неожиданная встреча, изящная хлёсткая, юркая и смешливая, шелестящая болью, проворная как поток, живая как божий день, игривая, но и опасная, нечленораздельно ухающая, стремимая прочь, непредсказуемо вьющаяся неуловимая витиеватая и нескончаемая. Под ногами – нежданного путника обречённого или осчастливленного по выбору. Хитрюга – неужели это розыгрыш, такая выпала судьба или надолго запоминающийся миг удачи – второй раз это точно невозможно.
На истоке Рейна у берегов Боденского озера - заливов Оберзее, Юберлингер Зее и протоки Озерный Рейн стоял, образуя единую агломерацию с Кройцлингеном - город Констанц. Более двух тысячелетий назад на этом месте построена римская крепость, названная в честь полководца Констанция, её видно на площади в центре города перед готическим Собором Богоматери. Город, находившийся на пересечении важных торговых путей, расцвёл и вырос, построили собор, порт, театр, торговый дом и большой доминиканский монастырь, ратушу со знаменитыми фресками. Епископство, вольный имперский город, здесь был заключен Констанцский мир между Фридрихом Барбароссой и ломбардскими городами, заседал Констанцский собор.
Городу очень помог епископ Конрад, при нём возведены церкви, освящённые в честь святых Маврикия, Иоанна Крестителя, Лаврентия и апостола Павла. Изображался святитель Конрад Констанцский в священнических одеждах с чашей в руке, на которой сидит паук. Во время таинства евхаристии в чашу упал паук, и вино выливать ни в коем случае нельзя, поскольку оно уже приближено в кровь Христову и Святой Конрад выпил его вместе с пауком. Но, по произволению Божию, во время обеда, констанцский паук выбрался изо рта святителя наружу и получил полную свободу и жизнь. После смерти святого Конрада в 975 году, его тело было погребено в церкви святого Маврикия, затем мощи перенесены в собор Констанца, а во время реформации выброшены в Боденское озеро, паук жив до сих пор и скрывается в подвалах и кельях доминиканского монастыря. Паучок то был не прост и не баловства ради в евхаристию залез в чашу Конрада – теперь спустя несколько лет он нашёл своего святителя, торопливо вполз Конраду на лицо и затаился. Честное слово, померещилось, будто паучок плачет, ага видать встретил своего старика и, вспомнив, как всё было, снова заполз тому в рот или в то, что от него осталось. Вот его длинненькие проказные лапки показались из пустых глазниц утопленного. Паук овладевал бренным телом, духом или душой, о тонкостях не берусь судить, тело молодело или это был обман зрения, что там искал паук, но каким-то неведомым образом он слепил крепкую паутину. Обвязав остатки тела Конрада паутиной как тросом, он вытянул их из воды. Найдя возвышенное место, неутомимый паук вырыл своими буравчиками могилу и захоронил тело, теперь уже вероятно навсегда, дело было сделано, но паук вобрал в себя ментальность Конрада Констанцского.
- Аш-ш-ш-ш-шта-рт, - раздавалось на границе восприятия его шипение-шелест.
Паук-некромант вернулся к своему "хозяину", славному, но не единственному - ещё раньше ему довелось встретиться с предвестником Реформации, он приползал к заточённому в темнице монастыря Яну Гусу. Герой разговаривал с паучком, как с живым, вдвоём в темнице было веселей. Ян говорил ему:
- Хотят, чтобы я отрёкся, отчего мне отречься? Моей совести противоречит отрекаться от фраз, которых я никогда не произносил.
Паук забирался к нему на ладонь, так и проводили время - в беседах за жизнь, о вере и справедливости. Яну временами казалось, что паук вполне понимает его, особенно когда тот блестел своими чёрными глазами бусинками. Яна согревало в такие минуты тепло не от холодного паука, а от надежды, и вера в истину становилась безраздельной.
- Не бросишь меня сосед? – спрашивал Ян Гус. А паук теребил всеми лапками в ответ. Настал чёрный день инквизиции, 6 июля в Констанце вместе со своими трудами и надеждами был сожжён Ян Гус. Старушке, из благочестивых побуждений подложившей вязанку хвороста в его костёр, он воскликнул: «О, святая простота!» (O sancta simplicitas!) Но Ян предсказал появление через сто лет великого реформатора, чьи начинания не будут уничтожены - Мартина Лютера, сказав: «Я-то — Гусь, а за мной придёт Лебедь!».
Паук выполнил просьбу. После сожжения своего друга на костре он нашёл остатки кисти, на которой сидел часами, слушая Яна Гуса, лапки бережно ощупали обгоревший череп, паук звал своего собеседника, но герой уже покинул землю обетованную. Арахноиду осталось присоединить ментальность друга, дух Яна Гуса несгораемый и непокорный соединился с аурой, ранее спасённого евхаристией.
Однако паук не торопился покидать город своих "хозяев" Констанц, теперь его внимание привлёк приор доминиканского монастыря, после Констанца и Яна насекомый долгожитель не мог оторваться от своих наблюдений - тайны окружали этого монаха.
- А-а-аш-ш-ш-та-рт, - воодушевлял себя шорохом паук и невидимой паутиной пощупал приора. Волшебные ловушки сновидений, в сон входишь своими образами, осознанные сновидения. Ловец снов, неодушевлённая форма слова, ‘паук’ — индейский талисман, защищает спящего от злых духов. Плохие сны запутываются в паутине, а хорошие проскальзывают сквозь отверстие в середине и паук выловил, что приор был инсайдером — членом группы, имеющей доступ к секретной, скрытой/ закрытой информации или знаниям, недоступным широкой публике и имеющейся только у этой группы. Инсайдеры допускают без канонов и ограничений жизнь в грехе для посвящённых, якобы чтобы спасти остальных.
Приор на миг задумался, изучая каракули летописи, но внезапно открыв глаза, очень удивился, так как стоял в монастырском дворе. Заснул что ли, не мог же я так отключиться? Надеюсь, летопись то прибрал со стола? Что говорила летопись - а то, что Констанц не много ни мало становится центром мира. Братья привели немало любопытной информации – война в Испании, размежевание религий, Империя, новые территории, херувим, стерхи и Арка, закулисные игры сильных мира сего, тенеты банков и разведок, необъяснимое и магическое, спонтанно врывающиеся в историю события. Пути-дорожки сходяться в Констанце, ну что ж - ´на ловца и зверь бежит´, - подумал приор, - ´Будем встречать гостей´. И он направился в подвалы монастыря выбрать подходящее вино, а по дороге завернул в полузабытую келью, где приберёг для такого случая кое-какие принадлежности. Дверь, залипшая на стыках, не хотела открываться, будто крепкие нити стягивали её, приор поднатужился, плечом и всем телом налегая на неё, приоткрыв чуть-чуть, нырнул внутрь. – ´Господи, келья превратилась в заросшее пылью и ветхими нитями паучье гнездо, не удивлюсь, если здесь и мыши водятся´, - подумал он, как из-под ног выскочил проворный мышонок и дерзко глянул на приора. – ´Ну, наглость, ничего не боятся, скоро на сутану гадить начнут´, - отца аш передёрнуло. Приближаясь к дальней стене со встроенным огромным шкафом, он запутался в паутине. – ´Откуда их там много этих пауков? Тайник хороший, но что-то надо делать, а то, пожалуй, не доберёшься в следующий раз до документов´. Он чувствовал, как маленькие многоногие существа пробегают по его пальцам, и тогда останавливался, преодолевая дрожь отвращения. Впереди его ждала встреча с пауками, их было так много, что он слышал жирный хруст под ногами, голова закружилась, и приор мягко осел на полуистлевшую кучу.
- А-а-аш-ш-ш-шт-а-а-рт, - донеслось в полузабытьи, сделан моментальный фотографический срез памяти. Иллюмина́ты (от лат. illuminati — «просвещённые») — название, под которым в разное время были известны различные объединения оккультно-философского толка. Особая категория клан людей, на основе масонских традиций, считают, что человек по природе своей не является плохим — дурным его делает окружение, религия, государство, внешние влияния, когда человек будет освобождён от давления социальных институтов, живя холодным рассудком и знаниями, проблемы морали отпадут сами собой. Правда есть и другие версии.
Лакомый кусочек был этот приор! Паук уселся за ухом, но писк, раздавшийся поодаль, насторожил его, из угла кельи вырвался мышонок и, сверкая глазками, пронзительно запищал. Приор не воспринял этот звук, но паучье братство ошалело забегало вокруг, скрываясь, кто куда. – ´А-а-аш-ш-шт-а-а-рт´, - зловеще шикнул на мыша паук, в ответ грызун занял агрессивную позу, широко раскрыв пасть, - ´Ни в этот раз, ш-ш-ша-ша-хиш-ш—ш´, - донеслось разочарованно, насекомое шустро поднялось по паутине и скрылось во мгле. Мышонок весело попрыгал, пытаясь достать до полки, где пылилась летопись, но услышав шевеление приора, юркнул за щель в углу кельи.
Приор очнулся, поднимаясь с кучи, - ´Что опять заснул, что происходит, что-то не так´, - он достал летопись и поискал объяснение произошедшим отключкам сознания, вспомнив и про пауков и про мыша. А прочитав, чуть снова не упал, на лицо его наплыла самодовольная улыбка, - ´Значит это, то, что надо - мы и впрямь в Фокусе´. В подтверждении осенившей его мысли сверху раздался паутинный шелест, а снизу нетерпеливое мышиное попискивание. Приор оживлённо потёр руки и изрёк – ´Не боги горшки обжигали´, - тут рукописи с верхней полки обрушились на него, и одна крепко ударила по голове. Монах присел, от неожиданности, потеряв дар речи, потом потёр ушибленную голову и засмеявшись громко произнёс – ´Ой, кажется, я прогневил бога, сейчас заплачу´.
- У какого Бога спрашивать? – раздался громогласный трубный зов и пронёсся по монастырю. Приор, в ужасе затыкая уши, словно ошпаренный вылетел из кельи, а древняя летопись так и осталось лежать на полу.
Оповещённый братством, Олигархией, дипломатами, приор стал роспорядителем встречи – ´Такой шанс грех упускать. Куда повернуть мир? С кем создать альянс? Каким религиям поставить препоны? На каких людей увеличивать ставки? Устроить форс-мажор? Ввести в заблуждение общественность? Подтолкнуть науку, магию, мракобесие, свободу? Переврать историю?´ - Братство иллюминатов обдумывало все пути, но сил ещё откровенно не хватало, а расклад был серьёзный – Империи, Ордена, церкви, магия, космос, наука. Иллюминаты не успевали – хотя наблюдать, активно не вмешиваясь в события тоже работа. А тут ещё одна головная боль – драконы! В это трудно было поверить. После Саркофага, когда их видели, а потом рассказов о вояже к драконам Принса Киамагури, битве Добрыни Суперрегистра с Радужным змеем, единичных полётов на драконах, да пролупившемся яйце-подарке Императору – сказок об этих созданиях хватало. Пока их не трогали как магов, но разговоры об уничтожении велись по разным мотивам – кому-то требовалось сердце дракона, кому-то пламя, кому-то покататься, кому-то победить, кому-то породниться, кому-то тайны и т.д. – вообщем дураков везде хватало. Приор получил странное послание с предложением предоставить драконам место на конференции, - ´Стул под лапку подставить, что ли или горящий фитиль к пасти поднести?´ - мозг приора лопался под гнётом стольких несуразностей присутствия сил в Констанце. -´Это всё сожжение Яна Гуса, не трогали бы еретика, жили бы сейчас спокойно и голубей с курями кормили´.
Ратуша Констанца стала местом встречи участников стихийной конференции. Неопределённость границ, постоянно меняющиеся ветры перемен, появление сильных игроков, проблемы развития и интеграции, динамика роста экономики и настроений, изучение земли, поиск сокровищ и артефактов, возрастающие влияния магии и религии – вот только часть причин, по которым ведущие игроки Цивилизации искали такой встречи. Определённые силы прилагали немалые усилия, пытаясь собрать в Констанце заинтересованные стороны процесса. Папа, прибыл из Аугсбурга и теперь считал Констанц вторым центром христианского мира. Что можно сказать хорошего о Его Святейшестве, Понтифик был полон сарказма и это при его-то статусе! Хотя если вспомнить других пап – убийц, развратников и лгунов – наш был подарком, оставаясь загадкой – то он с нами, то вовсе чужой и непонятный. А уж что творилось у него в голове под тиарой – одному богу известно. Папа был выходец с доброго города-государства – Цивфанатики давшего цивилизации плеяду замечательных людей. Однажды Гость Вельмонтес спросил его - ´Папа ты читал русского писателя Егора Шатрова?´ Что там папа ответил, не помню, однако признаюсь, он осторожен в оценках описываемой цивилизации, бог ему судья, спасибо хоть, что херувима поддержал. Живя в одном благословенном городе Риме с главным автором нашего романа курфюрстом Фирузо, они ни разу не встречались. Глав других конфессий в Констанце не наблюдалось, и папа торжествовал, проведя службы в готическом Соборе Богоматери, четырёх храмах Констанца и трёх храмах Райхенау.
Франция, Германия и Италия – тоже считали Констанц центром своего мира, поскольку этот город располагался на стыке их границ. Сюда подтянулись и те, кто не успел отметиться у Арки в Аугсбурге, так Британия, умело сочетая войну, разведку и дипломатию с удивлением наблюдала за успехами русских, и с трудом проглотив очередное их чудо – Арку, определила Констанц этапом своей политики, таким образом, Констанц оказался в центре событий Цивилизации. Испания выглядела здорово, прислав генерала Сида, альферес держался молодцом, а его доброжелательный нрав и воинская доблесть вызвали симпатии на саммите.
Французская королева Франсуаза послала Констанцию д´Артаньян с письмом наделяющим полномочиями представителя Франции - рыцаря Элвилина фон Кроника. Элвилин был настоящий рыцарь – странное письмо, неожиданно привезённое из Парижа, не внушало ему доверия. Констанция клялась, что оно подлинное, заламывая ручки, и томно приговаривая:
– Благородный рыцарь не знаю как ещё вам доказать подлинность письма королевы, вот возьмите деньги, от неё.
Элвилин даже не взглянул на деньги, скептически ухмыльнулся, исподлобья глядя на любимую женщину мушкетёра д´Артаньяна.
– Да впрочем, что я вам предлагаю эту мелочь, если вы отказались от самого большого во Франции состояния, - поправилась Констанция, живо забирая монеты.
Бывшая Бонасье не зная, как ещё помочь делу рвала на себе воротник.
- Что-то мне дурно милорд, поддержите меня, я, кажется, падаю, ой-ой, - и она упала точно в руки рыцаря, на ходу незаметно откинув полог своего платья. И впрямь понять её можно - гасконец всё в отъездах, в борьбе, а тут знаменитый рыцарь-тамплиер фон Kronic, к тому же неизвестно кому он оставил огромное состояние и может что-то осталось? Деньги никогда лишними не бывают, а у д´Артаньяна они вообще никогда не бывают. Что и говорить - рыцарь Элвилин гасконцу ничуть не уступал, только не было усов, а сила воли, мужество, везение и ареол таинственности витали вокруг его харизматичной личности.
- Что с вами мадам?
- Ах, скорей согрейте меня, сейчас начнётся бред, и я навсегда потеряю сознание!
- Если бы так было у всех женщин, но что надо сделать, чтобы помочь вам мадам?
- Вы уже вряд ли поможете, я обречена, хотя попробуйте, уложите меня.
- Так нормально?
- Нормально, только холодно рыцарь и я, кажется, умираю.
- Не умирайте мадам, что мы скажем тогда д´Артаньяну?
- Быстрей, вам придётся отогреть меня ужасный тамплиер, видите, я корчусь от холода.
- Как желаете мадам, рыцарю не подобает отказывать даме в затруднительном положении.
И рыцарь согрел её, температура тела Констанции действительно поднялась, по крайней мере, на два градуса с 36 до 38, правда процедуру пришлось повторить, зато посланница королевы уже точно не умирала, в одних чулках, глубоко дыша и разрумянившись, а тамплиер фон Кроник с трудом, но поверил письму королевы.
Соединённые Штаты Америки представлял ´Гость´ госсекретарь США М. Вельмонтес, опытнейший политик и Посол в Империи и Европе. Надо признать благодаря его умелой дипломатии отношения с этой страной после их нервного переселения выравнивались. Американцы выбрали другой континент, мы не знали, какие большие территории открылись им на новом континенте испанским первооткрывателем Колумбом, плавающим туда по старым чужим картам. Америку в Констанце интересовали ценности и знания, а ´гостя´ Вельмонтеса и кое-что другое.
Готовились и к встрече с драконом и по традиции, чтобы ублажить зверюгу, готовили саму лучшу девку - румяну сисясту губасту и попасту. Щёки ей намазали клюквой, волосы ежевикой, сиськи малиной, бока яблоками, а белый зад оттёрли огурцом.
- Вы что с ума сошли, по-вашему, дракон секс-шоп от белошвейки не отличит? – говорили сомневающиеся.
- Сиди тут жди, - сказали ей. Прилетел малахитовый дракон, не обращая на нее внимания, приземлился и начал длинным раздвоенным языком лакать мёд с бочек, съел все орехи, клубнику, икру. Мужики глухо выругались, бабы промолчали, жертвоприношение совершенно не удалось, малахитовый на девку не покусился. Девица убежала и будь она, хоть самой королевой красоты больше ни разу не удостоится такой великой чести. Она должна была посидеть рядом с драконом, пока тот лакомится, похвалить его подвиг, восхититься его силой и красотой, заверить, что все безумно рады ему, а вместо этого глупая расплакалась и несётся от него как от чумы. Малахитовый наевшись и видимо отведя душу всё же запустил в её сторону богатую оттенками струю описав отверженную на прощание, её смыло, зато не съели. Наглец с крыльями и чешуёй направил было струю и на народ, но вовремя передумал. В глубине одной из железных глазниц дракона ровно поблескивал нечеловеческий глаз, с вертикальным зрачком и алебастровой радужкой. Папе про такой конфуз не сказали и вообще про жертву не сказали, это ведь было неслыхано!
- А может это дракониха была, ишь нарядная какая, малахитовая и ей красного молодца намазывать надо было? – говорил, азартно споря народ констанцский.
Фактически первая международная конференция открылась в ратуше Констанца, пёстрая по составу и винтажная по участникам. Рыцарь Элвилин фон Кроник суровый с лицом-маской черепа расположился в удобном кресле под флагом Франции и небрежно рассматривал остальных участников. Ему поступило престижное предложение Ордена рыцарей Круглого стола, оставаясь рыцарем Ордена Тамплиеров, и оба Ордена не возражали - такого ещё не было! Но Элвилин отказался от столь заманчивого предложения - быть рыцарем сразу двух орденов, сославшись, что не готов. Популярность фон Кроника росла стремительно, у Ордена стало два лидера – Патрик Яромир и Элвилин фон Кроник.
Шейх Мавритании после Шоу Арки сидел уставший и притихший, изучая свою новую сущность и в задумчивости разглядывая фреску Ратуши со звездой. В его протоколе значило: ´Признание Европой арабского государства, уважение канонов и позиций мусульманства´. А уж, какие тяжёлые взгляды бросали на него участники саммита - не передать, только присутствие послов, наверное, сдерживало резню в ратуше.
Стратег с Медеей появились в зале Советов, вышагивая, словно именниники и надменно рассматривая гостей саммита. Чёрный рыцарь в тёмно-зелёном камзоле и лишь маленькая диагональная золотая лычка говорила, что пред нами - главный Британник, и как они англичане заявляют, не стесняясь - ´равный нашему Императору´, - посмотрим ещё кто кого. Ну и цвета они подобрали – Медея еле натянула на себя жутко облегающее талию соломенно-жёлтое платье, а впереди висела перекинутая через шею и свисающая до колен узкая накидка-шарф смоляного цвета – наряд был отпадный и вся ратуша глаза сломала. Когда пара проходила мимо фрески Медея картинно запнулась, платье, плотно облегавшее грудь дало трещину, оголив щель на груди и образуя декольте ниже солнечного сплетения. Ратуша ахнула, сначала, от неожиданности, а потом от восторга - такой убийственно красивой выглядела хищница Медея. Чёрный рыцарь громко и властно засмеялся, его смех моментально поддержали английские марионетки, и ратуша наполнилась ***отом. Шут в такт им весело подпрыгивал в коляске, культяшками отбивая дробь и вторя ритму Биг-Бена. Шейх ***отал до слёз, видимо представляя всех в таком же трещине-декольте. Медею смех стал раздражать, и она приготовилась сорвать пикантный наряд, чтобы окончательно убить всех в ратуше своим видом, но Стратег удержал её:
- "Леди не стоит - это будет слишком хорошо", - и как он это сказал, понравилось, Медея уже улыбалась, здороваясь с хозяином саммита – приором-доминиканцем и остановилась рядом, а соседнее кресло, овеваемое британиком львом – флагом Великобритании занял Стратег.
- ´Милая не рассказывай о своих мечтаниях, прошу тебя ни в этот раз!´
- ´Милый, мы предпочитаем нападать чужими войсками – это увлекательно и даёт шаг манёвру´, - завлекательная Медея бесцеремонно указала на шейха и на мыша незаметно прошмыгнувшего под ногами. Дерзкие англичане, маврами завязав войну в Испании, запустили новую игрушку мыша – шахиша. Это было удивительное создание, тонко чувствовавшее расклад, атмосферу, нюансы, энергетику и теперь мы поняли, почему британцы так умны - из-за этого мыша! Как поймать мыша? Шахиш был воплощённая магия или мегатехнологическая разработка, но тогда откуда такая игрушка на 8 веков опережающая своё время? Это чудо вскарабкалось под платьем цвета солнечной плазмы и юркнуло в укромное местечко. Медея тихо спросило его:
- ´Парнишка, ты всё успел, отдышись´, - глупый маленький мышонок отвечает ей спросонок:
- ´Нет, твой голос не хорош слишком тихо ты поёшь´.
Сюрпрайз оборвал все разговоры – внезапно в зал Совета ускоренным шагом зашли рослые двухметровые воины закованые в железо с головы до пят, без щитов, на плече у каждого красовался боевой топор на длинной железной рукоятке.
- Кто такие, чьи будете и как их пропустили? – вопросы доносились по залу. Гиганты выстроились у червлёно-зелёного пустующего трона занимавшего апсиду ратуши и замерли. Апси́да — выступ здания, полукруглый, гранёный или прямоугольный в плане, перекрытый полукуполом или сомкнутым полусводом конхой.
Фрески Ратуши Констанца уникальные в Европе, не сразу и разберёшь, что там было изображено. На эффектной башне воцарившей над людьми с верхнего цветастого витража темнела звезда ввиде спрута с удлинёнными лучами – это восседал наш старый знакомый паук Яна и Конрада, глаза его призрачно мерцали в вышине ратуши. Паук сидел неподвижно, своими длиннющими лапками как антеннами собирая информацию с саммита – улавливая разговоры, вгляды, жесты, вещи, людей и неужели их мысли в том числе.
Любопытный паучок
Спутник – в небе кулачок
Информаций рыбачок
На коляске дурачок
Миллионов пятачок
Девять стульев кабачок
Ты в дебатах новичок
Всех оцепит морячок
Получили все толчок
Если сильно горячо
Прям на саммите торчок
Покажите свой значок
Из штанов торчит стручок
Как румяный казачок
Вылез бравый мужичок
Где тут гарный башмачок
Зацепило каблучок?
Что добилась синячок?
И в груди застрял крючок
А того загнёт рачок
Приключений верстачок!
- Хотите, чтобы наш договор был закреплён на небесах? Зовите херувима, - идея витала в ратуше.
От России пожелал быть могучий Севастократор Иво Дзима, могучий не по облику, а по интеллекту и арсеналу, рассчитывая в переговорах поделить мир, создать столичный воротник - коридор, линию земли вокруг русской столицы. Наши разведчики-картографы обстоятельно исследовали не только город Констанц, и пришли к выводу. Местность, ресурсы, население, настроение – этим занималась новая разведка — НУВКИ. На сегодня известна карта - западнее Хомунаптри лежат земли Германии, Нидерландов, Нейстрии, Франции, Италии и Испании; на Востоке области Российской Империи – Русь, Сибирь, Украина, Татария, Южные территории, столичное графство, Гиперборея, Интернациональное курфюршество, колония Тёмриц и наши соседи. Русская душа непонятная иностранцам, зато имперские дукаты и суверены имели ощутимый вес в цивилизации. Заработала и служба ФИНСЕН.
Публику развлекал шут гороховый, так уж было принято и в Европе и на Востоке при дворе иметь своего остряка-затейника и иногда рубить ему голову. Обезноженный на коляске он пускал мыльные пузыри, которые долго не лопались. Шутил он мало, поэтому если б не бубен, о который он бился головой и колпак с бубенчиками весело звенящий, когда юродивый мотал пустой башкой, да конфетти, разбрасываемое на гостей и дурацкие фокусы, не занятой рукой, его можно было и выкинуть с саммита. Однако шут умело подкатывался в места создаваемого напряжения и там вроде бы всё прояснялось. Притом незатейливое лепетание ни о чём и пускаемые пузыри напоминали постоянно описывающегося ребёнка в коляске, которому надо вовремя менять прокладки - таковым и был наш зарождающийся мирок. И не замечая веселых бесенят спрятавшихся глубоко в глазах 'дурачка', ровно, как и его рук с длинными поразительно тонкими и ловкими пальцами, для порядка измазанных землей, мы считали себя самыми великими.
Следом шёл Севастократор, Иво Дзима рассказывал, объясняя, почему затем покинул Констанц, – ´Я собрался последовать за ним, как вдруг в зале настала мёртвая тишина, а мои чувства взвыли как по горну тревоги: - 'Опасность, смертельная опасность!' Посмотрев внутренним взором назад, я быстро развернулся лицом к опасности, посередине зала Совета стояло укутанное в балахон нечто.´ Севастократор - капитан 2 ранга спешно развернулся и ушёл, к счастью его заменил казначей Кыштым. На фоне важных персон новый российский делегат выглядел довольно скромно, одетый в серый костюм, однако золото в изобилии поблёскивало и на шее и на запястьях, а на груди ослепительно блестел, приковывая общее внимание новый орден "Золотого Руна Колхиды". Знающие люди имели представление о колоссальных финансовых и политических ресурсах этого члена Ареопага, поэтому замена в Российской имперской делегации Севастократора на казначея не сыграла роли. Некоторые знали и другие подробности – что Рауль Кыштым советник по госсобственности и руководитель Администрации, так что о реальной силе набоба можно было только догадываться.
И тут в открытое большое окно ратуши влетело малахитовое создание. Ужас и оцепенение овладели собравшимися людьми. О драконе знали – дракона боялись, нам сейчас в постели в кресле или за монитором хорошо не верить в драконов, а каково когда пред тобой непредсказуемое чудище величиной в полдома, разница - как у человека и мухи. Выступления были сорваны – при драконе боялись говорить – такой шок испытывали люди. Замешательство длилось вечность, смельчаки были, но биться на конференции с приглашённым драконом? Отчаянный приор, взявший на себя смелость пригласить такого, подобравшись к рептилии, попытался объяснить ситуацию, попросив Малахитяру удалиться, но ящер так недовольно махнул хвостом, что по ратуше пронёсся ветер, скидывая вещи утварь и людей, а из-под крыла на центральный стол плавно опустился пергамент с драконьим текстом к договору. Сидящий рядом госсекретарь США, глянув пергамент, успокоил публику:
- ´Это протокол драконов, мы, конечно, учтём его в заключительном договоре´, - поспешно добавил он. Дракон ещё раздумывал, поглядывая на гигантов у апсиды, а те мрачные и неподвижные ждали сигнала.
- Улетайте, улетайте господин дракон! – умолял приор. Рептилия сдвинулась с места, и половина народа попрятались за стулья, за колонны, а кто и под стол.
- Он нам всю конференцию сорвёт! – приор уже нагло махал руками, прогоняя дракона. В это время над площадью ратуши закурлыкали журавли, дракон застыл у окна – в дверях ратуши стоял худенький мальчик и четыре его крылышка покачивались за спиной при дыхании дракона. Зал замер, эпос ожил!
- Сынок иди к нам, Пресветлый!..
Фрагмент Манускрипта. **
Эпизод Ратуша Констанца: встреча – люди, магия, боги, энергия, драконы, космос. Сию минуту ратуша приподнялась над землёй, став островком в безбрежном океане стихий. Невероятная встреча расширила рамки былого, время, история, цивилизация, энергия, разум, скорости и чёрт знает что ещё – схлестнулись над ратушей. Ясный чистый взгляд херувима на входе. Застывшее пламя дракона под конхой. Непонятные тончайшие нити ауры паука на фреске. Уже не малиновый и не глаз, а живущая на нашей земле частичка иного мира сидящего за столом Гостя. Бесовские сполохи, проникающие в чужое сознание шейха нагло развалившегося в резном восточном кресле. Приор ´тайного как считают кабинета´ плотно положивший обе руки на летопись. Пузырящийся опытами и молекулами в коляске шут с выпученными глазами. Стратег, держащий в руках манускрипт с единственной записью данного эпизода. Кыштым, прижимающий в кармане генсчёт банковской системы, будущей ФРС. И шахиш сидящий на узле в пересечении векторов силы, скорости, времени и сознания. И это было откровением – Откровением Констанца. При этом раскладе никому нельзя было ни говорить, ни действовать - возмущение нарушило бы Констанцский мир, таким образом, достигнутый среди стихий. Потрясающий миг! Сосредоточие стихий – ратуша исчезла и появилась вновь, импульс возникшего конгруэнтного мирка достиг встречных в Констанце. Какая разница обычным русским, живущим от зарплаты до зарплаты и, например обычным испанцам, защищающим свой край от нашествия кочевников пришедших с другого материка - от такого откровения? Сразу и не знаю что ответить, в принципе и чертежи Леонардо и Тесла ничего не дали, а магия, а все предсказания? Меняется мир и не ясно лучше ли от этого станет людям? Закрыв эту страницу, все источники умалчивают встречу в ратуше, упрощая Констанцский мир.
Речь о матушке Земле и Працивилизации. Коктейль из стихий, энергий, времён, сущностей и материй сбитый в ратуше дал молодые побеги нового мира. Сцепка отдельных фрагментов плавающих в бульоне ратуши не исключает генные и другие модификации, проблемы роста, сложности адаптации, но эта тема закрыта.
- Человеки – всё должно быть прекрасно, - отрывая руки и ноги людей от тел, говорило Нечто, стоящее в центре ратуши. Ратушные стихии – мы люди замерли на несколько секунд, но пронеслись времена и пространства. **
- Сынок иди к нам, Пресветлый! – пафосно и поотцовски протянул к нему руки Папа.
- Иду, отче иду! – Мориц пропустил вперёд появившуюся из-за его спины Марси и зашагал мимо изумлённых зрителей бесплатного шоу. Дракон, выгнув спину бугром, застыл под конхой апсиды, наблюдая за Морицем, потом забавно всплеснув огромными крыльями, дал чуток жару, пыхнув в сторону фрески прямо на звезду, а там палево – паук лихорадочно менял место дислокации, увы, несколько его ножек были опалены, ультразвук дикого писка рубанул по ушам и мозгу слышащих. Ропот поднялся в ратуше, все думали, так кричит дракон, но малахитовый ящер уже скрылся в открытом окне, и витражное стекло закрылось втягиваемое невидимой паутиной - насекомое не хотело возвращения рептилии. Шут, как ни в чём не бывало, уморительно прыгал на коляске, приговаривая и хлопая в ладоши:
- ´Улетел, улетел!´ – потом успокоился и слёзы появились в его подслеповатых глазах, - ´Улетел, но обещал обязательно вернуться´, - клоун вытащил платочек у генерала Сида, который оказался неожиданно в розовый горошек звучно высморкался и помахал вслед улетевшей рептилии. А потом вплёл сопливый платок себе в косу, никто и не заметил, что шут совершенно изменился, попросту это была уже девчонка!
- ´И что прикажите делать с этим?!´ – Папа брезгливо поднял драконий пергамент и зашвырнул его далеко в сторону. Никто не видел его Святейшество в таком запале. Следом генерал Сид взял со стола протокол Мавритании и кинул его туда же, - ´Правильно и эту ересь прочь со стола!´ - лицо шейха побагровело, он вскочил и заорал:
- ´Сид ты с ума сошёл, правда? Это документ, да!´ – помощники быстро подняли арабский протокол. Но Сулима зловеще продолжил, - ´За эту дерзость вы не получите ни одного пленного назад. Считай, что они все для вас погибли´.
- ´Инфант!´ – раздался горестный возглас.
- ´Да и инфант тоже´, - Мъяркур опустился в своё кресло, разглаживая возвращённый с пола протокол.
Стратег спросил у посланника Испании альфереса:
- ´Генерал, стали бы вы воевать с ними, если бы у вас были пища, жильё, свобода и независимость, доступ к получению образования, интересная и достойно оплачиваемая работа?´ Сид задумался и через некоторое время уверенно заявил, что нет, не стал бы воевать, так как не за что воевать, когда у него есть уже самое главное. Англичанин задал риторический вопрос и Кыштыму:
- Зачем вы вытаскиваете разные народы и ставите их рядом с собой с русскими, не проще ли просто грабить? – на это казначей развёл руками и не стал отвечать, что не очень понравилось Чёрному рыцарю.
Хозяин саммита приор сделал сообщение:
- ´Конструктивный ум – это гармоничное сочетание двух и более умов, оптимальное количество 12-13 умов´. Он привёл пример, что Христос и его 12 апостолов сумели в короткий срок создать мощнейшую религию, изменившую человеческое общество.
Итак, в Большом зале Совета Ратуши собрались представители: Америки - Мюррей Вельмонтес, Италии – папа Понтифик, Британии – Стратег, России – казначей, набоб Рауль Кыштым, Франции – Элвилин фон Кроник, Испании – альферес генерал Сид Кампеадор, Мавритании – шейх, Небесной канцелярии – херувим, цивилизации драконов – дракон, Германии – приор, Медея, шут. Четвертый и девятый стулья пустовали.
Участниками был подписан - ´Констанцский мир´ – большой договор ´Цивилизация Панегирик´, ´Бритва Оккама´, ´Закрытый Меморандум´.
«Бритва О́ккама» — методологический принцип, получивший название по имени английского монаха-францисканца и философа Уильяма Оккама: ´Не следует множить сущее без необходимости / не следует привлекать новые сущности без крайней необходимости´. Это принцип бережливости или достаточного основания, закон экономии, если какое-то явление может быть объяснено двумя способами, например, первым — через привлечение сущностей терминов, факторов, преобразований - А, В, С, а вторым — через А, В, С и D, и при этом оба способа дают одинаковый результат, то сущность D лишняя, и верным является первый способ, который может обойтись без привлечения лишней сущности.
Далее приор доминиканского монастыря сделал сенсационное предложение:
- Уважаемые господа! Германия готова поделиться бесценной Летописью Констанца. Как говорят в народе, не станем дважды наступать на одни грабли - летопись даёт ответы на многие вопросы, думающий станет мудрее, ищущий удачнее, сомневающийся уверенней, потерявшийся вновь обретёт, безмозглый получит один ум, а заумный развеется. Мы разрешим перепись и изучение этой книги.
–- Разрешить писарям списать священные книги в местах их хранения! Я давно добиваюсь прорыва в познании! – Стратег в нетерпении похлапывал себя по голенищу, оттуда показалась мышиная мордочка, и шахиш юркнул под огромный стол в центре зала Совета.
–- Коттоновский генезис. Рукопись Руин. Манускрипт. Летопись из Констанцского монастыря. Изумрудная скрижаль. Великолепный или Роскошный часослов, - перечисляли изумлённые посланники, неушто мы всё это увидим? А как же тогда стратегические секреты?
–- Обмен священными книгами может происходить только на паритетных основах, - веско констатировал русский посланник.
–- В обмен мы готовы дать вам переписанный текст и первичные магемы книги ´Нашего Порядка´. Чтобы не было обмана, ваш человек будет переписывать пятую книгу Летописи, а наш, вторую и четвёртую, это дело обогатит знаниями обе стороны, - глаза Стратега горели от радости.
–- Спутница херувима, это говорит о многом, например, то, что ей известна запретная книга знаний «Стансы Цзяна», - шептала Медея Стратегу.
– ´Марина Марси, правда ли что вы знакомы с великой книгой знаний?´ – неожиданно задал вопрос британский Стратег, – ´Что за книга, поведайте нам?´
– Загадочная книга запретных знаний, доступ к которым открыт только для посвященных. Специалисты по эзотерике считают, что она является самой древней и загадочной книгой за всю историю человечества.
– Я не читал эту книгу, но я её решительно осуждаю! – громогласно заявил приор.
– Ваше Святейшество, не эту ли книгу, вы выбросили на прошлом сборе?
– Что, правда?
– Прямо в окно,– приор показал на новенькое обычное стекло, вставленное среди цветного оконного витража.
– Боже мой! А что это за книга была?
– Не знаю. Толстая.
– Ну и правильно, от толстых книг толку мало.
– Вот дурни, они выкинули, только я подобрала, - шутиха вытащила фолиант из под грязных юбок, куклой прикрывая тиснёное на обложке золотом название: "Bible".
– Книги, – произнес Мъяркур величественно, и вальяжно откидываясь на своем изрядно расшатанном резном стуле, – книги и есть колдовство. Вот вам простой ответ на все ваши вопросы, и кроме того, книги – это ловушки - люди так им доверяют! – Сулима плотски потирал руки, когда в ратуше начался обмен книгами. – Итак, книжные черви выудят новые правила, лохотрон сменяет рулетка, поиграем!
В связи с годовщиной Цивилизации слово было предоставлено посланнику Российской Империи Раулю Кыштыму, который зачитал указ:
25 октября годовщина романа.
Присвоить следующие титулы, ордена, звания, чины:
Капитана – Вальтеру Шумарье, Императору Российскому.
Капитана 2 ранга – Францу Иво Дзиме, Севастократору.
Орден "ВИКТОРИАНСКИЙ ПАРАД ПЛАНЕТ" – Василию Тези Элляму, канцлеру.
Орден "РОЖДЕНИЕ СВЕРХНОВОЙ ЗВЕЗДЫ" / Звезда – Принсу Киамагури, Цезарю.
Орден "КОЛОСС СВОБОДЫ" – Марсолино Юмруду Живанши, лорду-камергеру.
Орден "ПОВЕЛИТЕЛЬ ТЬМЫ ТАЙНЫ ВЕКОВ" – Тилю Бруни Швайгеру, Тайному Советнику, капитану.
Орден "ЗОЛОТОЕ РУНО КОЛХИДЫ" / Руно – Раулю Кыштыму, казначею, набобу.
Орден "СОКРОВИЩНИЦА РАЗУМА" – Герберту Утамии, Принцепсу.
Орден "КОЛДОВСКАЯ НОЧЬ УТРО ЦИВИЛИЗАЦИИ" – Стенли Тёмрицу, кардиналу.
Орден "СВЯЩЕННАЯ ЗЕМЛЯ ПРЕДКОВ" – Доминику Арктуру Шелесто, консулу.
Орден "ОТКРЫТЫХ ГРАНИЦ СЕМИЦВЕТНОЙ РАДУГИ" / Радуга – Рудольфу Харлему, герцогу
Орден "МЕРЦАЮЩАЯ МАНТИЯ МРАКА" / Мантия – Пьеру Хомунаптри, сенатору-курфюрсту.
Виконта – Равилю Тинто Брассу.
Церемонийместера – Сулиме Мъяркуру, шейху.
Капитан-лейтенанта – Саймону Бионди, командиру 40 Отряда Императорских воинов паладинов.
Капитана – Боги Вальзея, командиру 27 Шумерского полка.
Лейтенанта – Киану Дельфы, командиру 7 Гиперборейской эскадры.
Лейтенанта – Грэгу Лугано, командиру 9 Бразильской Эскадры.
Лейтенанта – А. Земейки Симбалте,
Лейтенанта – Аллану Наци Хелльману, командиру 63 Экспедиционного корпуса.
Его Императорское Величество Император Российский Вальтер Шумарья.
Записал – доктор Шарджа Бруней.
Констанцский мир (рукопись, договор)
СТРАТЕГИЯ И СУЩНОСТИ. Цивилизация многогранна, феноменальна уже тем, что можно расширить те аспекты, которые захватывают тебя, давным-давно была 1 версия, там было совсем немного сущностей? Даже Мир меняется прямо на наших глазах: Россия, Арабский Восток, Европа, Китай - чёрт знает что происходит, я мечтаю и о Цивилизации 6 со многими дополнениями, которыми я хочу поделиться с Мэтрами Игры на этом сайте! Просто войнушка, строительная игра, экономика, личности, ландшафт, разные города, ты решаешь куда развиваться, ты хозяин страны, есть уже привычные игровые сценарии, а может, есть и с кучей сущностей? Будут идеи, за них сильно не ругайте. В технике – как делать игру я не разбираюсь, просто делюсь своим, это ведь не запрещено. Полностью согласен с Его Сиятельством графом. Повторюсь – просто высказываю именно свои мысли по игре, дальше текстами фантазии на тему Цивилизации типа ААРа. Думаю это тоже нормально для начала. А ….ркальное воплощение в игру для меня предел мечтаний, «тогда мне и президента не надо – итак хорошо». Благодарен всем за ответы, приятные собеседники – это великая сила! Итак, завтра и всегда – выбор за нами! У 6 Цивилизации на генеральной панели включаются/выключаются по выбору игрока "Сущности" такие как - "Финансы", "Экономика", "Герои", "Паранормальные", "Бонусы" и т.д. Если говорить о микроменеджменте по экономике, то я его обожаю и хотел бы чтобы каждый город имел своё лицо, специализацию по ресурсам и строениям. Хорошо известная и любимая Игра, предоставляет возможность завоёвывать города, искать ресурсы, исследовать мир, находя чудеса, а порой необъяснимые явления. Перед тобой открывается загадочная карта. Выбираешь, где строить города, чаще бывает, что у каждого города своё лицо, у тебя даже названия городов свои, приготовлены загодя, т.к. каждый город закладывает определённое лицо, твой человек, именем которого и назван город. Масса строений, большой выбор, который, наверное, только частично будет реализован в каждом из городов, потому что задач будет много. Грандиозные стройки, великие люди, предприятия разных отраслей экономики, банки, образующие систему и выполняющие часть финансовых операций. Ты можешь погрузиться в экономику и заниматься предприятиями, банками и торговлей. Почти или даже не воюя, и скорей всего достигнешь экономической победы. Но есть ещё и 2 десятка великих людей. Они появляются и вот ты уже захвачен мыслями, как лучше реализовать их возможности. У тебя появляется великий набоб, олигарх, единолично владеющий инвестбанком, с огромным капиталом. Ты выбираешь инновационные проекты всей цивилизации, (конечно протекционизм, патриотизм или политика могут повлиять на решения твоего великого набоба) и инновационные проекты будут выбираться на родине. А военные всё меняют погоны, хотят новых звёзд (3 звезды,4,5) им подавай всё новые сражения. ВПК в авангарде (вооружения модернизируются, не успеваешь глазом моргнуть). Да и новые ресурсы, чужие чудеса не дают покоя, заставляя расчехливать старое и прямо с лабораторий, без испытаний отправлять новейшее оружие. И ты воюешь, завоёвывая новые территории. 2/3 Империи эта война на фиг не нужна, им подавай трапезу и шоу. Ну что ж, и этого есть у нас. Мы находим чудеса природы, сами много строим чудес, зданий - киноконцертный зал, бани, заповедник, публичный дом, галерею. Мы проводим олимпийские игры и ярмарки, открываем им, а заодно и себе новые земли, снижаем налоги (казна неплохо работает..(фраза из Колонизации)), учим, лечим, кормим. Не дремлют соседи, но как ты можешь проиграть?! Когда у тебя такой арсенал цивилизации 6. Мелочи в Циве и составляют подлинную игру. Красота и богатство мелочей - вот то, что заставит проходить её снова и снова, и доигрывать на поздних этапах, потому что много сущностей, а не бросить недоигранной, как 4 и 5 Цив, потому что уже неинтересно и ты всех победил.
ВОЗМОЖНОСТИ. Эта Версия Игры только формируется, и я буду рад союзникам. Это краткое изложение, которое можно конкретизировать. Ресурсы отличаются только названиями (?). Можно сделать и по-другому. Мифрил взят из 2 Цив. Вы предлагаете, чтобы были качественно новые ресурсы? Это можно. Микроменеджмент до абсурда прост был с фабрикой, заводом, рынком и банком. Ну а системные банки (пока специально зачаточный вариант их) и предприятия 22 отраслей экономики, это уже кое-что. Игра становится - пластичной - занимайся на выбор: экономикой, армией, личностями и культурой, строительством. Опала, если вас (правителя) сменит великий политик, уйдёте в оппозицию, будете критиковать власть, наблюдать за происходящим, как развивается отечество. Одновременно став оппозиционным лидером вы можете путешествовать по миру, заодно откроете карту и сообщите полезную информацию, если захотите. Надоест созерцание, вы легко снова обретаете власть. – Многогранной: полководец, дипломат, банкир, лидер, путешественник. А почему бы не попробовать себя в разных ипостасях в одной Игре? – Удовлетворение: чудес так много, что хватит на любой аппетит, как и войны, как и денег, как и власти, как и людей, как и сюрпризов, как и новинок. Всем не угодишь, давай попробуем! Проигрыш. Нужен, наверное? Даже если вас раздолбают враги полностью, вот только в этот момент пара-тройка городов-государств, пригласит вас к себе править ими, присоединив оставшихся с вами земляков (русских, др.) и объединив их и 3 города-государства – пожалуйста, стройте заново свою Империю и вперёд к глобализации! – Интеграция – это на сегодня главнейший пункт всей мега-версии. За этим я и здесь, чтоб найти интегратора и союзника, с которым можно двигаться дальше. Дипломатия - торговля, война, нет отношений, переговоры, совместный договор, валютные операции, блоки, союзники. Сюрпризы: так для беспонтовых кликуш, появившихся в этой ветке в Цив 6 (на Нашфанатиках их нет!) будет построена резервация, кормить там будут картошкой, селёдкой, киселём, будут много работать, дальше по выбору.
Паранормальные явления могут встречаться по типу чудес природы, но только при контакте с ними выполняется паранормальная функция, например магнит и твой игрок который попал на него примагничен на несколько ходов, полтергейст и у тебя в городе который рядом с ним куролесит, магия - и вылетает несколько предложений тебе на выбор, руины (не ново), и т.д. Так блуждая по карте Цив 6, могут попадаться Паранормальные явления, как например - Подземелье монстров (Murick,Vlad3,Aku_Aku). Их можно покормить, но, ни в коем случае не выпускайте! Иначе беда придёт на родную землю. А можно встретить зомби - чудовищных догматиков (...). Они постоянно говорят умные слова.. и всё.., только они занимают 1 гексаэдр нашей карты, но лучше с ними не связываться, потому что они могут зомбировать.. Самый облегчённый вариант - паранормальные явления сообщаются в сводке событий, просто как совершившийся факт, без особых последствий. Но можно и акцентировать паранормальные явления, допустим на определённой территории цивилизации с неожиданными поворотами.
ТРОФЕИ. Захватывая города, территории, порты, сооружения вне городов, чудеса – вероятно, вы получите – трофеи или приравненные к ним бонусы. Военные – например вы захватываете рыцарей, десантников, Авакс, F 22 А – Раптор – на аэродромах. Эсминцы, каравеллы, яхты, ялики – в портах или в морском бою. Оружие, в т.ч. экспериментальное! Подразделения - полк, батарея, кадеты, юнкера, гарнизон, эскадрилья, дивизион и т.д. Люди – население попадает в плен. Дальше или в лагеря (пленные). Или работать – горожане, крестьяне. Специалисты – в т.ч. великие люди становятся вашими. К примеру, почему Оппенгеймер или Караваджо попав к вам перестают быть вел. учёным и вел. художником? Священники других конфессий – новая религия захваченного города. Новые специальности (Новые специалисты). Новые национальности! Сооружения, чудеса – сооружения вне городов. Домики (?). Ресурсы: (диковинные) – могут быть новые камни / металлы / животные / растения, например – верблюды, попугаи ара и какаду, огромные черепахи, кока, какао, папирус, аквамарины, олово. Предприятия, банки, ценные бумаги – к вам могут переходить предприятия, банки, акции корпораций и банков, ценные бумаги банков. Заморские товары / раритеты – например в захваченном вами порту вы конфисковали невиданные товары, привезённые в этот город. Так например – сыр с плесенью, суши, шашлыки, йогурт, газировка, конъяк, ликёр, шоколад, оригинальные ткани, обувь, мебель, книги, карты, деньги, золото, серебро, драгоценности – изъятые при оккупации. Территории – вы захватили новые территории кусок пустыни, эвкалиптовый лес, скалу, источники, родники и т.д. Технологии, знания – захватив город / сооружение возможно приобретение нового знания / технологии / навыков. Произведения искусства, предметы роскоши – картины, др. Трофеи бывают разные и не только военные. Люди - пленные, которых можно заставить либо работать, либо воевать, либо делать специалистами, либо в заключении. Великие люди переходят к вам, их священники становятся вашими, новые специальности и новые специалисты, которых у вас не было. По диковинным ресурсам речь идёт не об обозначенных на карте, которые ты завоевал на их территории, а именно диковинки с ДРУГИХ мест, которых ещё нет на твоей карте, то есть это привозные листья коки и аквамарины, не добывающиеся на захваченных тобою территориях, но имеющиеся у тебя как трофеи в достаточном количестве. Акции и ценные бумаги ты получаешь как трофеи, а сами предприятия или банки находятся в других пока недоступных тебе местах. Товары, конфискованные и привезённые с других стран – это новое, те же замаринованные шашлыки будут очень кстати. Захват сооружения может дать навыки или знания. Трофеями становятся не только деньги, но и золото и драгоценности, картины и др. Я говорю также о НОВЫХ для твоей страны воинских подразделениях, новых военных разработках, которые достаются тебе. Как американцы вырвали себе ракетный Пенемюнде, например. И корабли, получив в трофеи, ты создаёшь на основе их и твоих кораблей третий продвинутый вариант. Твой народ и завоёванный может создать НОВУЮ народность, например как метисы, мулаты, креолы и т.д. Это интересно! Победа. Победа в игре, в основном достигается суммой очков по следующим критериям: самая большая страна; большинство городов; сильнейшая армия; экономический лидер; четвёрка лучших технологий; большинство чудес; богатая казна; первенство по великим людям; диверсификация экономики, строительства, городов; многовекторность развития страны; уничтожены все другие цивилизации.
Плюсы, конечно, окрыляют, но их всегда мало, а вот минусы делают злее, тебя подстёгивает упёртая слепота и обыденность живущих проблемами людей. И вот тогда начинается самый Полёт! Реализация всех моих предложений - это предел мечтаний. Да пусть хоть одна пригодится.. Но я даже не об этом. Самое главное - мы все И Г Р А Е М! И это тоже игра. Даже собираясь написать здесь, вы оглядываетесь, ´а как репутации воспримут, а не потеряю ли я лицо или ещё что-то, а снизойти ли до комментариев´ и т.д. Безусловно, это игра, а тогда мне интересно. Потому что появился Yazverg с достойным мнением, как раз вовремя, нужен в "ПреЦиве". Звание ему обеспечено. Идя сюда, я и не знал, что есть какие-то модели, железки, да чёрт с ними, они-то меня не интересуют.
Повторяю, кто из героев сайта, хочет покинуть описываемые события в Цивилизации 6, скажите и это случится, можно вернуться назад, все мы люди, все мы человеки, бывает, заносит, как и автора на крутых виражах. Чего хотите - войны, торговли, психологии, загадок, любви, сокровищ, диалогов, карт, написанных вами частей вставленных в Хроники, другого – пожалуйста! И это Цивилизация 6. Больше сюра! Я не хотел этого, больше Цивилизации! С удовольствием бы почитал ваши ААры, очерки, рассказы и романы. Отнёсся бы к ним с большим интересом, понимая желание создавать только своё, как ты это видишь.
Артефакты. Одновременно на Земле в разных местах использовались 8 артефактов, остальные лежали мёртвым грузом, либо хранились в коллекциях.
(…)
При подписании документа, между важных своим предназначением участников саммита решающих судьбы мира сновал на коляске маленький уродец.
- Дорогие гости саммита! Этот увечный не поверите, приносит удачу начинаниям, все дела при его присутствии увенчались успехом, - заявил приор, незаметно перекрестившись.
Разглядывая, отъехавшего в трансепт ратуши безногого, у Мюррея от удивления выпал малиновый глаз и попал шутихе прямо за воротник.
- Ой! – вскрикнул уродец, – здравствуй гостьюшка дорогой! На тебе мой подслеповатый глазик заместо твово, – она зябко поёжилась и протянула орешек миндаль из своего кармашка. Мюррей потрогав опустевшую глазницу, принял миндаль и ловко вставил его на место. Миндалевидный разрез глаза горел новым оливковым цветом. А старый малиновый проскользнув выпал уже из штанины шутихи и та ловко подняла его, протирая грязными заскорузлыми ручонками.
- На, бери, запаска, пригодится! – убогая коряво улыбнулась, а ощерина с тремя мутными зубами приятно оживила помещение, в это время подошли и другие.
- Оставь его себе, - небрежно бросил "Гость" Вельмонтес поспешно уходя из трансепта в неф ратуши.
- А ну-ка что это за шарик? – вмешался представитель России Кыштым. – Дай-ка сюда любезный!
- Накось боярин! – шутиха ловко вывернула руку наверх, отдавая Кыштыму большую бусину, выуженную из своего бездонного кармашка.
- "Хорошая вещичка", - заметил набоб, внимательно изучая её, когда следом за ним в коридор трансепта вышел Стратег, тогда Кыштым, заменив бусину своим камешком, на глазах вошедшего вернул его шутихе со словами – "Да, ну что ж, твой подарок, вещичка штатовская фирменная береги её да никому не показывай, а то отберут!" Казначей удалился к выходу, а Чёрный рыцарь остановился, пристально смотря то на шутиху, то на её камешек. Потом сорвал бляху с кителя и протянул её седоку в инвалидной коляске со словами:
- Держи, счастливчик ты наш, а мне уж отдай ка этот камешек, - он безоговорочно вынул камешек из рук несчастной и прицепил той бляху на колпак.
– ´Малец с бляхами да с косичкой смотри, какой нарядный стал можно жениться´, - Стратег довольный за***отал, подойдя к Медее, которая подозрительно вглядывалась в шутиху, – ´Дорогая ты не могла бы проверить что это за камень?´ - протягивая камешек, спросил англичанин. Медея взяла его в ладонь, тут её золотисто-пшеничное платье стало темнеть, дама уронила камень и ногой отбросила его от себя, но платье меняло соломенный цвет на медовый.
- "Это яд, притом сильный!" – прошипела она, достав платки, подняла и обернула ими камень. – "Я знаю, кому его подарить!" - англичанка улыбаясь, направилась прямо к Марси.
- Марси, милочка вы так хороши рядом с юным дарованием, как мамочка опекаете его, хочу подарить вам замечательный камень из коллекции английской королевы, он внесёт неповторимую полутень в любую шедевральную композицию херувима, - Медея протянула лежавший на платках камень и бережно переложила его на светлую ладонь Марины.
- Спасибо, не ту ли полутень дарите, что изменила цвет вашего платья душечка моя? – переспросила Марси, глядя на Медею честными глазами.
- Да именно так, вы как всегда абсолютно правы, а в сочетании с вашей красотой и талантом мастера Морица камешек поверьте мне, вольётся в вечность прекрасного.
Констанцский мир сделал город знаменитым - со всех краёв в поисках удачи приезжали торговцы, воины, авантюристы, переселенцы. Символом города Констанца стала вращающаяся статуя — «Империя» изображающая итальянскую куртизанку с именем Империя, которая в поднятых руках держит двух уродцев: одного в короне, символ власти, другого в тиаре, символ церкви. Статуя вращается, и потому не всегда удаётся увидеть её лицо – российское или британское, чья же эта будет империя? Разгорелся спор, кому быть натуршицей для статуи Империи, девицы нагишом хотели войти в историю, для достоверности пригласили итальянку Чиччолину и француженку Констанцию.
- Кто из вас победит - которая из вас будет удачливей в роли проститутки, с той и слепим статую!
Узнав про такую возможность пиара, и Медея заявила:
- Я буду этой империей!
- Госпожа, но эта девушка Империя - на самом деле итальянская проститутка.
- Тогда я буду проституткой! Где показывайте, я готова. Чего не сделаешь ради большого искусства!
Начали лепить статую с француженки, тогда Медея спроваживала Констанцию:
- Поезжайте милочка и передайте это письмо миледи, она вас отблагодарит! Франсуаза может погибнуть, это срочное послание для Франции вовремя его доставите, оно спасёт королеву. Надеюсь, секрет останется между нами женщинами?
- А как же статуя?
- Выкиньте её из головы, вы дочь Франции, негоже вам изображать итальянскую проститутку.
- А вам? – осмелилась задать вопрос Констанция.
- Мне нечего терять кроме своих оков, всё равно платье потемнело, а ниже бывает только плинтус, - с неподдельной горечью обречённо призналась Медея. Дамы простились, а Медея вышла на панель, заявив:
- Она срочно уехала, я за неё, лепите с меня!
Когда ратуша согласно манускрипту поднималась над суетой, а время и пространство вихрем неслись в столетия, снаружи народ ничего не заметил, но не меньшие кульбиты совершал доминиканский монастырь. Молодые и не очень дамочки потерявшие стыд или насквозь обманутые проторили сюда дорожку, как и богатенькие/раскрученные/сильные/ влиятельные старики, мужчины и юноши. Таких «монахов» набралось немало, так что «служба» для одних превратилась в рай, для других в ад. Подобные деяния встречались, так каноники Лионского собора потребовали предоставить им право ложиться в первую брачную ночь с женами своих крепостных – и получили его. А в этом монастыре хоть исправляли блудодеек, заставляя профильно работать ночью и днём. Причём изгнание часто сопровождалось молитвами, унижениями и наказаниями. К монастырю стояла очередь карет, всадников и пеших, получился совместный женско-мужской монастырь, его специфику скрывали от посторонних глаз, от епископа и конечно от папской курии. Чиччолина, по имени ´Любовь´ и её девочки развлекали в монастыре богатую/полезную публику. Многие из её подружек одевали балаклавы. Балакла́ва (англ. Balaclava от названия города Балаклавы), или лыжная маска — головной убор, закрывающий голову, лоб и лицо, оставляя небольшую прорезь для глаз, рта или для овала лица. Фактически соединяет в себе шапку и маску-чулок, изготавливалась из шерсти и трикотажа.
- Маэстро Скульптор попользовался, теперь лепи меня всю!
- Затрахай меня до смерти, чтобы я превратилась в статую! Умру от любви, обмажешь меня раствором и поставишь на постамент.
- Мама Люба давай, давай, давай! – кричали ей беспутные девицы, и Чиччолина давала, так что дым стоял коромыслом, дым разврата, похоти и вседозволенности - всё то, что так тщательно вытравлялось в стенах монастыря. На карачках ползал похотливый шут, а его длинный мясистый язык тянулся к самым доверительным местам обоего пола, попеременно, он - то шут, то шутиха, в его далёком мире так принято, без устали отрываться фокусами и проказами секса. Естественно сюда притащили и скульптора, он рад был подзарядиться, посмотреть на натуршиц и ваять, ваять и ваять до самозабвения. Напившись до лютиков, ваятель предлагал коротконогой шутихе позировать, а та верещала похабным матом, досаждая скульптора. Одно радует, здесь не были замечены участники конференции, даже Сулима, а несколько девчонок-балаклав обратились к Марси за помощью, уверяя, что запутались и не могут выпутаться из этой истории. Марина на время оставила журавлей, чтобы помочь девчонкам. Чиччолина не отпускала их:
- Лучше умереть от любви, чем от старости и голода, - говорила мама Люба.
И такое бывало, умирали, то сердце не выдержит, то ещё что, а иногда помогали. Иллюминаты сумели не допустить в Констанц могучие Ордена инквизиции, иезуитов. Монастырю, иллюминатам требовалась информация от посетителей, и они её получали – всё происходящее слушалось и систематизировалось. Красивых или диковинных брали в монастырь, а не красивых выпроваживали из города, а там их уже поджидали слуги инквизиции, считая ведьмами. Одних приор оставлял для монастыря, других прямо в лапы инквизиции за городом сдавала шутиха.
- Не поверю, что архиереи не знают о происходящем в монастыре, - возмущённо говорил инквизитор.
- Много ещё тайн скрыто за высокими стенами средневековых замков, - сдавленно заметила шутиха.
- Женские создания порочны все они или ведьмы или проститутки, - гневно воскликнул инквизитор.
- Еще несколько лет назад ведьмы были сплошь безобразными старухами, а сейчас они сплошь красавицы, - с сожалением подметила шутиха. - Глупые девки, ёрничали, безобразничали, а их в костёр как ведьм?! – добавила она ломающимся голосом бесполого существа.
- Ты говори, да не заговаривайся, будь дурочкой. А этих егоз мы нарядим в корозы и санбенито. Они сами выбрали свою дорожку, сначала до Шильона, а потом по правде, в огонь и в озеро, вечно гореть, вечно кричать и вечно плакать, поигрались, будя!
На головах у приговорённых девиц короза - высокая, в виде конуса или цилиндра, разрисованная шапка еретиков, а перед казнью одеяние санбенито из желтого полотна, спереди и сзади - красный Андреевский крест, тело разрисовано пламенем и дьяволами. Ведьм вели в Шильонский замок, там у них развяжутся языки, они сознаются в ереси и колдовстве и получат заслуженную кару. Это сейчас от Констанца до Монтрё ехать два часа, а пешком будет подольше.
Шильонский замок, замок Шийон расположен на Швейцарской Ривьере, у кромки Женевского озера, в 3 км от города Монтрё. Замок представляет собой комплекс из 25 элементов разного времени постройки. Шильонский замок стоит на скале, незначительно возвышающейся над поверхностью озера, и соединён с берегом мостом. Сочетание природных условий и особенностей постройки позволяли замку контролировать стратегически важную дорогу, пролегавшую между озером и горами. Эта дорога к Сен-Бернарскому перевалу – единственному пути из Северной Европы в Южную. Каменной стеной с тремя башнями замок обращён к дороге, на противоположной стороне жилая часть замка, глубина озера защищала её. В шильонских подземельях успешно боролись с ведьмами и колдунами. Во дворе крепости сжигали женщин, обвиненных в колдовстве. В Шильоне в сентябре 1348 года были замучены или сгорели на кострах евреи города Вильнёв. Под пытками они сознались в отравлении питьевой воды в окрестных колодцах, в результате чего от эпидемии чумы умерли тысячи христиан. От последующих погромов еврейских поселений в швейцарских и немецких городах иудеев не спасло даже вмешательство папы Клемента VI.
В стенах замка в «честных судебных поединках» были убиты обвиненные в подготовке покушений на правителей противники герцогов Савойских, а в водах Женевского озера у стен крепости был утоплен обвиненный в колдовстве и ереси канцлер Савойи Гийом де Боломье. Самым известным заключенным стал приор монастыря Святого Виктора в Женеве Франсуа Бонивар, сторонник Реформации и противник герцогов Савойских, приверженцев католической церкви. По приказу Карла III, девятого герцога Савойского, Бонивар был брошен в темницу Шильонского замка и провел там без суда и следствия четыре года, прикованный к столбу. Там же закончилась и прежняя ветвь савойской династии. Новым герцогом Савойским стал приближённый молодого императора Российского Хайвен Жарусс. Историю русского парня Веньки, жнеца-косаря с ржаного поля мы помним – как он стал рыцарем Круглого стола, как не раз пригодилась его знатная могучая коса, ставшая дотоле невиданным артефактом. Хотя герцогство входило в состав нейстрийского королевства, Жарусс, занимая скромный пост герольда, стоял третьим в списке Ареопага после Императора и Севастократора! Молодой герцог, покинув столицу Шумарью и друга Императора, возвращался в ´родовое гнездо´ Шамбери, проезжая по берегу Женевского озера, через Монтрё и Шийон.
Зимы у берегов лимана обычно бывали мягкими, вода в озере не замерзала в самую, что ни на есть стужу, но наливаясь свинцом, хмурясь глубокими волнами, становилась неприветливой и враждебной человеку. Бывали дни суровые, когда студеный ветер будоражит озеро, бросая волны на песчаные пляжи и кустарники — на все, что летом было таким приветливым и радужным. Особенно тяжелыми такие зимы были для узников, заключенных в подземелья и темницы замка. Открытые всем ветрам смотровые щели, заменявшие окна, стояли без стекол и ставней и потому вбирали в себя всю стужу неприветливого озера. В подземельях еще холоднее — высокие сводчатые потолки, просторные помещения, пол и часть стен которых — скальная порода, воды озера, плещущиеся внизу, в каменных мешках-бойницах — сюда тюремщики сбрасывали тела умерших, чтоб далеко не таскать. Главной достопримечательностью замка стали его подземелья, они находятся ниже уровня воды и выдолблены прямо в скале. Подземелья служили тюрьмою. В «камерах» стены перемежаются скальными камнями, потолки поддерживают колонны, к которым приковывают узников за ногу. Бежать из замка невозможно – его можно покинуть только одним путем: через потайной ход в стене, в который прямо в озеро выбрасывают казненных.
Сколько их названных ведьм жаждущих жизни лишили этого дара в замке, выбросив мёртвых и живых в озеро. Марина Марси торопливо объясняла приору причину, по которой желала забрать из монастыря запутавшихся девчонок.
- Служба службой, а обед по расписанию, - встретил Марину приветливый приор. – Приглашаю искушать с нами, что бог послал.
- Нет, ваше преподобие, я волнуюсь за девочек, заблудшие их души и молодые тела вскружили им головы пока не поздно им надо помочь, прошу вас, отпустите их и дайте возможность отправиться по домам.
- Да это место, где тебя искушают соблазны - каждого свои. И возможности убежать от самого себя. Мы никого не держим, Марина давай сейчас всех отпустим, только не прибегут ли они снова?
- Ни за что! Я поговорю с каждой и постараюсь помочь девочкам обрести себя.
- Какая вы умничка, Марина, как я рад, что у херувима такая прелестная спутница! Пожалуюсь вам, ведь это не мы их привлекаем и перевоспитываем, а некоторые не подвластные нам силы!
- Ну конечно, я догадываюсь, ваше преподобие, что и вы тут погрели ручки.
- Что вы, что вы! – ужаснулся приор, - как можно, только перевоспитание, идёмте милая Марси и сами всё увидите.
Марина совершенно не хотела заходить и окунаться в эту сильно пахнущую кухню, она закашлялась, и, приложив платок, быстро убрала его, приор заметил кровь, она так и не переступила порог монастыря, но приступ внезапной слабости заставил присесть девушку прямо на каменную дорожку.
Время до ужина в монастыре бенедиктинцев Райхенау Мориц провел в медитации и молитве. Отзвучали праведные слова, и острая боль кольнула его в сердце, херувим вздрогнул.
Тело Марины перенесли в доминиканский монастырь, где её уже поджидал расчётливый паук. Предвкушая новую ментальность, он радостно шипел, в нетерпении ползая по потолку кельи.
Херувим бежал - почти летел к Марси, а монастырь доминиканцев встречал его затаённым воем. На все задержки Мориц отвечал одно: -´К Марси – всё потом!´ - не замечая ничего вокруг, хотя монастырь "гудел" от напряжения. Они хотели его остановить, но их ухищрения были ничто по сравнению с духом херувима. Юнциани Лилук пронёсся по монастырю, безошибочно найдя келью, куда отнесли её. Знаком, что он успел, было паучье бельканто, неприятно прорезавшее Констанц, - ´Успел!´ Но Марина не дышала, прошло слишком много время для оживления. Мориц склонился над милой Марси, навечно застыв в такой позе.
Стерх гнездится в безлюдных труднодоступных районах тундры, на сильно увлажнённых равнинных территориях; посреди топких болот, окружённых угнетённым лесом. Среди всех журавлей стерхи отличаются наибольшей требовательностью к условиям обитания, что делает сохранение этого вида трудновыполнимой задачей. Эти журавли больше других связаны с водным образом жизни, о чём говорит их длинный клюв и строение ног, позволяющее передвигаться по вязкой почве. Кроме того, их морфология и поведенческие характеристики несколько отличны от других родственных видов.
Стерх сторонится человека; даже при дальнем его появлении может покинуть гнездо, что создаёт опасность лёгкой добычи потомства для хищников. Поэтому хантам, например, запрещалось выходить на болота, где гнездится стерх. Стерхи всеядны питаются как растительной, так и животной пищей. Весной и летом рацион включает в себя мелких грызунов, яйца других птиц и птенцов, рыбу, насекомых и других беспозвоночных, клюкву, подводные части осоки и пушицы. Во время зимней миграции птицы употребляют в основном растительную пищу: богатые питательными веществами корневища и клубни водных растений. В отличие от других журавлей, стерхи никогда не ищут пропитание на сельскохозяйственных посевах. К месту гнездования пара прибывает обычно в конце мая. Как и у других видов журавлей, состоявшаяся пара отмечает своё соединение совместным характерным пением, которое обычно издаётся с запрокинутой головой и представляет собой череду сложных протяжных мелодичных звуков. При этом самец всегда расправляет крылья, а самка держит их сложенными. Кроме того, действо сопровождается характерными танцами самца и самки, которые включают в себя подпрыгивание, хлопанье крыльями, подбрасывание веточек и наклоны. Хотя танцы больше всего ассоциируются с ухаживанием, считается, что они являются обычным проявлением поведения журавлей и могут играть роль успокающего фактора при агрессии, снятия напряжения или усиления супружеской связи. Боденское озеро, замерзающее только в самые суровые зимы, понравилось журавлям своими просторами, обилием корма, они окрепли после болезни, готовясь к последнему перелёту.
Отребье рода человеческого тянет в такие места и Лито привёл сюда охотников.
- Вот они, Ваше Превосходительство, я как обещал, - млея, мерзавец Лито самодовольно похлопал себя по пухлому заду.
- Ага, прилетели голубчики, охота будет что надо!
- Замечательная птица – украсит мой оружейный зал!
Гермафродит Лито-клито привёл сюда своих новых хозяев – англичан, среди которых нашли место и иезуит, и папист и иллюминат. Была засада, стрелки притаились стрелять в журавлей из луков и арбалетов – птичье рагу для дворянина, почти как победа над женщиной, ответить то жертва не может, берёшь силой и крику немного, зато чувствуешь себя настоящим мужчиной. Охотники стреляют в журавлей. Разрушить призрачный мир. Подстрелили птицу стерха. Не могу писать дальше.
Мориц выбрал полёт – херувим расправил крылья и горб исчез навсегда, он почувствовал силу, взметнулся в небеса мотодельтапланом. Подстреленный стерх падал с высоты и плачь всей стаи услышали люди и не люди. Херувим забирает с собой Марину Марси на небо, и она став прекрасной птицей с розовой отметиной и белой чёлкой взметнулась над стаей. Обрадованные стерхи окружили их, курлыча на все лады, но опасность была рядом, херувим призывно крикнул, и все птицы устремились за ним, быстро облетая кусты лучников и арбалетчиков стороной. Херувим занёсся над стрелками, защищая собой птиц. Лучи и проблесковые маячки от них, отражаясь от белоснежных крыльев херувима, ослепляли охотников, зажмурившись, те не могли смотреть в небо, журавли снялись и дружно полетели прочь, херувим набирал высоту, тут стрелки опомнились:
- Бей его! Что это за чудная большая птица?
- ´Две чудные птицы! Достанем обоих, после дракона и придурков на саммите жареные цыпочки не помешают! Заряжай, целься, пли!´
И выстрелили, болты и стрелы, выпущенные в летящего ангела и прекрасных стерхов, подлетев на должную высоту, сделали зигзаг и вернулись, расшибая и простреливая стрельцов. Лито прилетело в носопырку, пробив в ней третью дырку, сопатка распухла, а лицо освинело. Раненые горе-охотники визжали и ругались от боли и неудачи. Херувим устал страдать и пусть каждому воздастся по заслугам! Мориц летел со стерхами, показывая путь на зимовку к конечной цели.
– Откат, - огрызнулся Стратег, поглядывая на летящего херувима - Думаешь, выпил зелье - и всё, стал богом? За всё нужно платить.
– Предательство! – хмыкнул приор. – Обычное явление, когда дело касается денег.
– Играйте только по своим собственным правилам, которых никто кроме Вас не знает, - прорычал Мъяркур, махая журавлям на прощанье.
Голос стерхов заметно отличается от других журавлей — чистый, высокий, серебряный протяжный звук донёсся до слуха компании и друзей, кто желал птицам скорейшего перелёта в тёплые края.
Цивилизация RANDOM
Часть 11. 8. ИСПАНИЯ
Пало́мничество — путь жаждавших спасения души начинался обычно на берегах Сены неподалеку от собора Парижской Богоматери и занимал около ста дней, заканчиваясь в Сантьяго де Компостела. Там в честь апостола Сантьяго на средства рыцарского Ордена тамплиеров воздвигли гигантский собор, превратив его в место паломничества католиков со всей Европы. На тропу к мощам апостола выходили аристократы и нищие, рыцари и бандиты, священники и шпионы, теологи и алхимики. Среди паломников немало осужденных преступников: они направлялись в Сантьяго де Компостела и Монтсеррат отмывать грехи, о чем должны были получить сертификат и по возвращению предъявить его судье. На маршруте следования в первом же иберийском городке Памплоне многие приобретали за деньги нужный документ, чтобы далеко не ходить и не рисковать. В 1025 году в Монтсеррате был заложен бенедиктинский монастырь в романском стиле, четыре скита, один из которых был посвящён Деве Марии. Паломничество в Монтсеррат совершил основатель Ордена иезуитов Игнатий Лойола, а Христофор Колумб во время своего второго путешествия назвал в честь монастыря Монтсеррат остров в составе архипелага Малых Антильских островов, ныне британская колония.
По соседству с Монтсерратом наши журавли выбрали долину реки Рьера де Марфа в её среднем течении, куда на заболоченные территории стерхи мигрировали в зимнее время, в болотистой либо сильно увлажнённой местности тундры или тайги они устраивали гнёзда, отдавая предпочтение труднодоступной, хорошо просматриваемой большой территории с изобилием пресной воды. Стерхи строили гнёзда прямо в воде с глубиной 30—40 см и возвышающиеся над ней на высоте 12—15 см. Строительным материалом шла осока или другая трава, которая складывается кучей, хорошо утрамбовывается, а сверху делается небольшое углубление. Строят гнездо вместе самец и самка. Самка откладывает 2 серых с тёмными пятнышками яйца массой около 215 г. с промежутком в 2 дня, хотя в неблагоприятный год кладка может состоять только из одного яйца. Кладка происходит в конце мая — середине июня, инкубационный период длится около 29 дней. А наши журавли сдвинули ритм жизни и свили гнёзда прямо на зимовке в Рьере де Марфа! Яйца насиживают оба родителя, однако самка проводит в гнезде большую часть времени. Основная работа по охране гнезда ложится на самца. Выживает, как правило, только один птенец, так как между двумя птенцами возникает конкуренция за выживание, которая обычно заканчивается гибелью одного из них. Полное оперение птенцов наступает через 70 дней. Очень важным для стершат является обучение технике полёта на дальние дистанции и освоение миграционных путей. Отсутствие полноценной полётной и навигационной подготовки прямо сказывается на выживании интродуцированных птенцов. Решить эту проблему удалось Морицу Юнциани Лилуку, который сначала сопровождал журавлей, а потом и сам присоединился к стае по маршруту будущей миграции с помощью "мотодельтаплана, управляемого человеком" – своих крыльев херувима. Выращенные в питомнике журавлята воспринимают херувима/мотодельтаплан как лидера стаи и следуют за ним до места зимовки, совершая остановки для отдыха в заранее выбранных подходящих местах. При такой схеме более 90 % интродуцированных птенцов после зимовки самостоятельно возвращаются на место выпуска. В Рьера де Марфа – херувим собирался создать питомник стерхов, где птичники занялись бы их выращиванием, для реинтродукции в дикую природу. Секрет этих птиц заключался в том, что каждый стершёнок – как херувим приносил бы много счастья своей земле людям, живущим на ней.
Сид, завладев мечом Тизона из рук шейха Мъяркура, и став единственным генералом в Европе широко отмечал эту дату. Несмотря на потерю Тизона шейхом часть Дикой Дивизии продолжила переход к аббатству Чип Трик, дорогу указывал Ринс Хьюманоче, он видел какую страшную рану "ото лба раскроив до пояса мавра" получил Сулима и как шейх потерял целую жизнь, обретая голову, шею и плечо. Став свидетелем восстановления фигуры – на теле шейха шипело, шваркало и пульсировало на треть снижая ареол демона – не достать артефакт из Чип Трик ему значило погибнуть. Карамель, целый слой биоморфной карамели, которой Сулима был обмазан спас его в том поединке с генералом Сидом. Хьюманоче видел, как этот слой стекал, и тело шейха цвета чёрного кофе приобретало глянец. Пока генерал Сид, позабыв про битву, с восторгом размахивал Тизоном над головой, демонстрируя пиренейский героизм, Сулима оценив момент и вскочив на осла, дал дёру. Потеря меча Тизона в схватке с генералом, не была неожиданностью – Сулима Мъяркур не боевой, а греховный мастак – жертвовал мечом ради воспламеняющих его будущих артефактов из Чип Трик. Погибли его адъютанты, но это не остановило компанию, месть откладывалась, и дикое воинство добралось до монастыря, сокровища были важнее Тизоны и Кампеадора, по дороге к "диким" особо не высовываясь, пристроился эбеновый мавр Кьюба Валенсуэла.
Защищая Монтсеррат наперерез удравшему Сулиме и части его диких скакали запорожцы 38 полка Червонного казачества Харизмы Тински Йорика. Встреча произошла у аббатства Чип Трик. Перед началом сражения, группа казаков вышла из строя и приблизилась к противнику ближе дальности арбалетного/лучного выстрела, показательно выступая и при этом всячески издеваясь и глумясь над противником. Герц – у Запорожских казаков весьма рискованное мероприятие, часто с летальным исходом, в украинском языке означает любую шумную мужскую игру, драку или джигитовку, отсюда появится и "гарцевать под пулями". Дикие увидав герц, затаились, не нападая первыми и это уже было удивительно, впервые Дикую дивизию брали её же оружием – наглостью и куражём.
И началась свистопляска. Когда запорожцы разглядели диких чубы их стали кандебоберами, а кони отказывались скакать на врага. Запорожцы побросали шапки оземь, поплевали на ладони, разгладили усы:
- Эх, была, не была!
- Где наша не пропадала!
- Братцы, зато хуже уже не будет!
- Лиха беда начало, положим басурманина, они к нам разноликой толпой, а мы их крепкой сечью,
- Мы пол Европы по-казацки проскакали и вот он снова последний бой?!
Запорожская Сечь – значит, будем сечь! Атакуя тремя шипами с гиканьем и матом червонные бойцы ринулись в сторону диких. Натиска двух казацких шипов хватило, чтобы прорвать оборону противника. А в третьем подлые гоблины и примкнувшие к ним воины-азиаты натянули огромный трос, прочно удерживаемый по бокам громилами и скрываемый до последней минуты. Он оказался незамеченным – казаки налетели вместе с лошадьми, тех, кто успел затормозить или остановиться враги взяли плотным кольцом. Коням скрутили ноги колючей проволокой, а запорожцев доставали зазубренными копьями, неуспокаивающимся лошадям невысокие дикие крепыши бросались под ноги, не боясь быть раздавленными. Наши червонники впервые столкнулись с разноплеменной нечистью, как они тогда считали. Подоспевших бойцов наподмогу к сбитым встречали разбойничьи ножи, летевшие в горло и грудь, русому чубатому молодцу прилетел ятаган, а чернявого подхорунжего индеец зарубил мачете. Остальных казачков из окружённой группы японцы и китайцы растащили на сувениры. Пролетевшие наскаку казаки перегруппировались двумя рядами по двое, с прежним задором кидаясь на одичавших, запорожцы летели на своих конях с посвистом, молодые зажмуривались во время ударов саблей в ближней сцепке, пугаясь невиданных лиц – японца, негра, индуса, людоеда, гоблина, викинга, индейца, рейнджера, папуаса. Сулима в шутку или всеръёз набрал целый полк уродов, покалеченных войной и болезнями, им были подобраны выхресты с жуткими лицами – в шрамах, одноглазые, безухие, кривоногие, шестипалые, горбатые, прокажённые, психи, армейцы фанатики, садисты-убийцы, кровожадные маньяки. Дикия дивизия ужасала своим составом и отсутствием каких-либо норм. Казаки постарше заматерелые в боях воины, молча и отстранённо, приняли бой. Они узрели свою участь, а молодых захватила горячка страшной битвы и если они ещё живы, а враг лежит в крови, значит, победа маячит где-то рядом. Казаки бились отчаянно, но Дикие изощрялись и каждый имел свой набор игрушек, лихости и умения запорожцев хватало на двух трёх головорезов, а потом когда дикие нападали по двое и по трое жизнь смелых чубатых парней обрывалась. Среди сплошь мужественного воинства нашёлся один бывший прокажённый и чумной – "ryazanov" закричавший диким:
– Я свой, я бандеровец, не убивайте меня!
— Докажи что ты свой!
Рязанов подскочил к молодому казаку, с удивлением и отвращением, смотрящим на него:
— Как Дмитро, краснюк – вот и пришло время нам поквитаться.
Рязанов набросил удавку на уже связанного дикими молодцеватого украинца и затянул её на шее, так что треснули позвонки.
— Этого мало, ты докажи что бандеровец!
— А вот пойдёте когда на Украину я вам и докажу – сёла буду сдавать, краснюков и москалей вешать!
— Что за краснюки, кого ты так называешь?
— А тех, у кого лица румяные и краснощёкие, - у Рязанова после проказы щека и рука были обезображены, а после чумы усохла грудь, и торчал высохший и не отпавший бубон.
— Иди, сам добивай своих краснюков, вон мучаются и вон там ещё живой ползает!
Рязанов, вымаливая свою ублюдочную жизнь, пополз убивать бывших собратьев, ни проказа, ни чума не забрала этого подонка. Последних казаков добивали людоед, индеец и китаец. Тински Йорик командир, всю схватку с Дикой дивизией бившийся так, словно спасал Киевско-Печорскую лавру, а не аббатство Чип Трик и четверо уцелевших запорожцев перекрестились стоя спиной друг к другу все в крови и в одних рубахах. Дикие улюлюкали – ёх, расправа будет угарной! Сначала с разных сторон подлетали дикие с нагайками каждый раз, выбрав жертву, наносили ей удар или несколько, если успевали. Казаки захлёбывались кровью, дикие веселились, растягивая удовольствие.
- Не спешите убивать отважных воинов! – появился тут Сулима Мъяркур, всю схватку лежащий на телеге под кипарисом, вглянув на запорожцев он схватил топор и направился в сторону горы Монтсеррат, куда прячась в кустах от Йорика и запорожцев указывал Хьюманоче.
- Казаки пойдётё служить к нам в Дикую Дивизию? – спросили у пятёрки уцелевших смельчаков. Набычившись и подобравшись, чтобы не показывать врагу своего бессилия, казаки исподлобья дружно зыркали на врагов, ненависть полыхала в их взглядах, и не было в них ни жалобы, ни горя.
- Зато мир посмотрели! Будет что рассказать внукам! – ободряюще хмыкнул бойцам Йорик и его всепобеждающий оптимизм заразил казаков.
Агличанин и еврей сготовились поразить в сердца пленных, как за поворотом показались впряжённые в тройку лошадей розвальни с сидящим в них в белом халате изысканным арабом. Доктор Шарджа Бруней удобно восседал в розвальнях – открытой повозке на полозьях, расширяющихся в задней части, правда не совсем понятно было, как повозка двигалась на полозьях, ведь снега не было? Рядом с розвальнями шла парочка крепких парней в рубахах и плащах храмовников, доктор кинул им по мешочку и они стали разбрасывать желтый порошок, завидев пёструю толпу диких воинов, душистый запах вмиг обволок всю разношёрстную зверскую наёмную публику и те валились с ног как подкошенные. Сулима Мъяркур не скрывал удивления наблюдая такую картину:
— Онищенко припёрся! Опять дезинфекцию проводишь? Сэс страшнее чумы, на меня не сыпь, пожалуйста, мне твой дуст пофиг! – Сулима остановился перед розвальнями и вопросительно смотрел на доктора. — Док, лечи, давай! – шейх похлопал пальцем по уху.
Бруней живо поднялся, отряхиваясь от соломы, на его белом халате глубочайшим бирюзовым сиянием красовался орден-аксельбант "Феноменальный полёт сквозь пространство и время". На шее, на руках и под халатом дока украшали изящные золотые и платиновые цепи браслеты и прочие высокостоймостные погремушки. Шейх засмотрелся на богатый белый халат доктора, Шарджа вывел его из ступора:
— Господин церемонийместер и знаменитый на всю Европу шейх Мавритании! Позвольте вам вручить личное послание от "ТогоНеЗнаюКого", вот оно.
Шейх принял послание, в нём было написано:
"Уважаемый новый маг-над-магами!
Поздравляю с победой и надеюсь на сотрудничество. Прошлый глава Ордена был, увы, слишком неуступчив.
С наилучшими пожеланиями, В—А."
Пока церемонийместер читал, парни в плащах освободили украинцев, доктор подошёл к Тински Йорику, пожав капитану руку:
- Господин капитан, Харизма, благодарю лично от Императора за мужество и героизм ваших казаков в схватке с Дикой дивизией, ещё никем не побеждённой!
— Спасибо капитан, - ответил Тински Йорик, вздохнув, и стало заметно, каким нечеловеческим усилием он держится на ногах.
Осмотрев раненых и оказав им помощь, доктор Бруней вернулся к Мъяркуру, казаки хотели убить суку Рязанова, но лишь пнули его сонного по заднице:
— Повезло гаду что спит, ничего весь мир узнает об этом подлеце!
Предателя привязали к лошади и повезут на показательный суд народа.
Мъяркур недоумённо стоял, держа послание, только спросив у доктора:
— Здесь нет ошибки? Я не тот за кого вы меня принимаете. И кстати док, что за отрава, боевые качества моих дикарей не пострадают?
— Забытье на час, не будут помнить меня, дикость не пострадает.
— Ну, тада ладно, док удачи!
Через час, когда украинцы и доктор с храмовниками покинули это негостеприимное место – дикое полчище, а среди них и Кьюба очухались ото сна. Запорожье защищало Монтсеррат от разграбления, все дорожки к аббатству были залиты казацкой и басурманской кровью и уложены трупами. Дикия дивизия заняла аббатство, протирая глаза после сна и рыская повсюду в поисках Навальной Чип Трик. В аббатстве не нашлось ни одного предателя, Монтсеррату грозило полное уничтожение Дикой дивизией, если захватчики не найдут сокровищ, но шайке опытных воров и грабителей не составило особого труда обнаружить клад. Из ризницы нашли ход, упиравшийся в гору Монтсеррат, остальное как говорится, было - делом техники, две дюжины сопящих и молчащих наёмников со всего света облазали всё вокруг, нашёптывали, ковыряли, надавливали, били железом, а ларчик просто открывался – Сулима подошёл к этой сто раз обшарпанной и обмацанной стене и сказал себе:
- Чип Трик? – тут, что-то громыхнуло внутри горы, и стена дёрнулась, тогда шейх жадно крикнул – Чип Трик! – стена двинулась, и открылся вход в Навальную. Оставив охрану на входе, чтобы не впускала буйную толпу, шейх шагнул вперёд. Обуреваемые жаждой наживы завоеватели тоже зашли в навальную и оппиздинели мужики. Навальная словно арлекин вся состояла из тёмных и светлых частей, комната освещалась таким образом – предметы были затемнены, либо ярко освещены, что создавало эффект Арлекино. По навальной тут и там стояли:
- Этажерки заполненные сокровищами, лежащими каждая отдельно, на особой подставке или материи. Пёстрые камни переливчато манили к себе, нагло выставляя свою природную красу: ´возьми-ка меня´, ´а губа не лопнет´, ´подумай хорошенько´, ´даже не думай меня туда засовывать!´, ´только не умри от счастья´, ´иди сено коси´, ´а ты руки то мыл?´, ´посмотрел, теперь вали отсюда!´, ´ну вот ты мой хозяин, теперь можно и помереть спокойно´.
Навальная Чип Трик:
«Алмаз и бриллиант Кохинур» — «Гора Света» — алмаз и бриллиант 105 карат, который в настоящее время находится в короне королевы Елизаветы (Великобритания), один из наиболее знаменитых алмазов в истории. Один из самых больших бриллиантов, входящих в состав сокровищ британской, изначально обладал лёгким жёлтым оттенком, но после переогранки стал чисто белым.
«Сапфир Логан» 423 карата
«Топаз Браганца» 1680 карат
«Жемчужина Регент» величиной с голубиное яйцо 345 гран.
Свадебные геммы сердолик
Перстень Шаха Араба – платина, родий, альмандины, турмалины, цимофаны.
«Аксельба́нт» (нем. Achselband от Achsel — подмышка и Band — лента, тесьма) — наплечный отличительный предмет в виде золотого, серебряного или цветного нитяного плетёного шнура с металлическими наконечниками. Прикрепляется на правой реже левой стороне мундира кителя, под погоном или эполетом, принадлежность форменной/военной одежды. Был шикарно отделан жаргонами – соломенно-жёлтыми дымчатыми цирконами.
Камея из чёрного гагата, зелёно-жёлтые демантоиды, красно-фиолетовые гранаты–сериямы.
Образок Вильянуэвы –
Золотой Потир
«Ошейник Зверя» — чернёный металл, карбункулы – пиропы яркокрасные, Адильяр.
Адильяры Высшие Минералы/Самоцветы – все драгоценные и полудрагоценные камни с огромным магическим потенциалом. Встречаются очень редко и весьма ценятся чародеями. Применяются, прежде всего, во всяких магических действах и при изготовлении особо мощных волшебных предметов. С ювелирной точки зрения всегда превосходного качества. Отныне в названии камня будет стоять слово Адильяр, если он таков и это установлено.
Родонитовая гробница
«Крисстус» - золотое изделие с бриллиантами, сапфирами, турмалинами, шпинелью, александритами.
«Понтюар Медея» - изделие ввиде ладьи из золота, с бриллиантами, цаворитами – густо зелёными гроссулярами гранатами, лалами, жемчугом.
«Царевна- Лягушка» - На золотой нити была подвеска в виде золотой лягушки, сделанная совсем как живая;
«Голова с гребнем» - голова, высеченная из какого-то камня, кажется зеленого, украшенная золотом, в богатейшей золотой короне и с золотым гребнем и двумя золотыми подвесками;
«Звенящий монетами Ручеёк Быстрица» . 225 реликвия - раритет от Морица из 4 драгметаллов – золота, серебра, платины, родия и 8 ювелирных камней: слегка прозрачные высокоценные жемчужины 1800, 320 гран, яркозелёный опалесцирующий опал – кошачий глаз, нежнейший хризопраз, единственный кристалл селестина, пурпурный балаш 400 карат, багрово-алый корунд ратнарадж*, яблочно-травяной гелиотроп. С дополнением пяти уникальных пород – чёрного, белого и красного дерева, да диковинной органики костей, рогов, бивней, зубов.
«Юный Шахт» – статуэтка из золота, алмазы-брахманы, изумруды, аквамарины, карие венисы.
«Постигшая нас Череда Неудач» - артефакт приносящий неудачу и неуспех.
«Квентиарос» – реликвия, алмазы Мазарини, аквамарины цвета тропического моря, пепельные и дымчатые лунные камни.
«Подстерегающий Следопыт увидевший Нечто» - поделка / подделка – привезена из Америки, возможно, изготовлена местными индейцами(?).
«Полотнище Чип Трик» - полотнище из золотых и серебряных пластин и цепей с встроенными в них драгоценностями.
«Тростинка малая на Землю канула» - чудинка, созданная непонятно как, и непонятно кем, составленная из камней, бумаги, тканей, металлов, органики и неопределяемых компонентов.
«Гаснущее на глазах Теребилово» - инсталляция из живых тканей, неорганики, неидентифицированных сплавов, стекла, драгоценностей и др.
«Идолок с опахалом» - "маленький идол в виде золотого человека с золотым опахалом в руке, золотыми украшениями в ушах и золотыми рогами на голове, а в живот у него был вставлен очень красивый камень, должно быть бирюза, оправленная в золото".
«Дэвид Копперфилд» – фигурка из золота, чёрные звёздчатые бериллы.
«Целая Связка Ключей» - ключи от многих важных дверей, которые иначе не откроешь
«Кавалькада» – амулет с нежными персиковыми шеелитами.
«Камарилья» - амулет: золото, лазуриты
«Каталажка» - магнитные алмазы – карбонадо – стюартиты
Щит с бляхами из горного хрусталя.
Сабли с самоцветами
«Тень Того» – неописуемая необычная золотая форма с бриллиантами, бирманскими рубинами, изящным чернотным металлом.
«Яблоко раздора» - золотое яблоко, переливающееся драгоценными и полудрагоценными каменьями на его форме
Сервиз на всех персон
Найдя сокровища Сулима Мъяркур не сдерживал себя, нацепив на шею "Ошейник зверя" плясал при виде сокровищ, маниакально дёргаясь в ритм и заставив своё окружение выделывать коленца, их танец полный дикости, эротизма и полной отключки скоро превратился в очередную дикую оргию. "Танцующий Сулима" – запретный танец, без комментариев.
Но Ринс Хьюманоче предал Родину ради одной вещи, которая гордо возвышалась в стороне, обыкновенное копьё. Копьё судьбы. Ринс схватил его и потащил потихоньку бочком выходя из Навальной Чип Трик. Кьюба из отряда Сида и Пассионарии, следивший за ним подкрался незаметно, как настоящий разбойник.
- Дурашка, ты чё схватился, это же не твоё, отдай по-хорошему, и разойдёмся миром, - здоровый чернокожий Кьюба, шандарахнул Ринса по башке, тот осел наземь, а под падающее Копьё подлетели крепкие руки Валенсуэлы. Счастливый Валенсуэла сначала отправился с копьём на Рьеру де Марфу к Морицу, порадовать херувима и вместе спасти Испанию от врага принеся мир христианам. От монастыря Монтсеррат до Рьеры де Марфы – 45 минут ходу. Стерхи плавали, сидели в гнёздах и ловили рыбу, не обращая внимания на здоровяка кубинца, лишь одна красивейшая птица с розовой отметиной подплыла, долго вглядываясь в Кьюбу и в копьё, и это была милая Марси. Валенсуэла протянул святыню Морицу. Копьё нервно подрагивало в неопытных руках молодого птичника, лёгкий встречный ветерок слегка колыхал полусухие заросли и щекотал нос разнообразием запахов. Юнец потянул в себя эти пьянящие ароматы природы, но тут-же брезгливо тихо фыркнул, почуяв среди этого букета запах свежего навоза. Это было не то копьё!
По существу, испанцы утратили контроль над страной, не считая укрепленных городов и замков. Жизнь в королевстве замерла, судьба его повисла на волоске, трепетавшем над пиренейскими холмами. И пока испанцы сидели в столицах, ширилось крестьянское восстание, вчерашние батраки уничтожали христианское имущество. Нападению подверглись и Мадрид и Барселона. Анархия продолжалась 26 дней. Испанцы бездействовали, справедливо не решаясь спуститься в долину. Мавры также избегали активных боевых действий, предпочитая празднество и мародерство. Наконец, когда восточная округа была сожжена и разграблена, Дикая дивизия двинулась в центр и на запад в поисках продовольствия. Фактически, их разложившаяся армия распалась на отдельные отряды, не имевшие четко поставленной боевой задачи. Явно проявилась слабость мусульманских ополчений, которую испанцы использовали в дальнейшем неоднократно: противник не готов был воевать длительное время. Боевого энтузиазма мусульман хватало максимум на полгода. Если не удавалось навязать генеральное сражение, мавры теряли мотивацию и превращались в толпу крестьян или разбойников, мечтающих поскорее вернуться к своим наделам. Крайне негативно действовала Дикая дивизия, уничтожавшая всё на своём пути, она разлагала испанцев, но и арабы взывали к Аллаху, видя ужасные последствия прохождения дикарей. Сарацинам так не нравились грязные привычки этой толпы, но цивильные бойцы – шотландцы, американцы, евреи, японцы в ней неплохо себя чувствовали. Тамплиеры, крестоносцы, интербригада, экспедиционный корпус, повстанцы, испанцы продолжали отступать, враг приближался к столицам – Мадриду и Барселоне, с их сдачей про Испанию можно было забыть.
Бедуи́ны (араб. بدوي badawī — «обитатель пустыни (степи)», «кочевник», от арабского «эль-байда» - пустыня) — жители арабского мира, которые ведут кочевой образ жизни, независимо от их национальности или религиозной принадлежности. Бедуины живут в пустыне не менее 4-5 тысяч лет, сначала они были язычниками, в IV веке н. э. стали исповедовать христианство, в VII веке приняли ислам и стали говорить на арабском языке. В XI веке бедуины вторглись на территорию Северной Африки, покоряя местное население, большая часть местных жителей – берберов была исламизирована. Израильские бедуины по своему происхождению являются выходцами с территории современной Саудовской Аравии. Выходцев из Судана легко отличить - они принадлежат к негроидной расе и изначально попадали к бедуинам, кочевавшим по пустыням Аравийского полуострова в качестве рабов, в дальнейшем переходили на характерный для бедуинов Аравийского полуострова диалект арабского языка и становились полноправными бедуинами. Бедуины — общее название, присвоенное европейцами всем племенам и народностям Аравии, которые, в отличие от обитателей городов, занимающихся хлебопашеством и торговлей – хадези, ведут кочевую жизнь. Бедуины захватили пространство, простирающееся от западной границы Персии до Атлантического океана и от гор Курдистана до культурных государств негритянских народов Судана. Они являются господами только в пределах пустыни, тогда как в удобных для земледелия местах рядом с ними и посреди них живут народы иного происхождения. Хорошо сложены, очень худощавы, скорее жилисты, чем мускулисты, отличаются силой, юркостью, выносливостью и привычкой к невзгодам, они превосходные наездники, ловкие охотники, необыкновенно искусны в бросании мяча, любят танцы, пение и слушание сказок. Политическое и социальное устройство их такое же, как у других племен, ведущих патриархальный образ жизни. Они живут родами в шатрах или шалашах, деревни их управляются шейхами, и род из 40 — 50 таких деревень подчинен кади, который в одно и то же время и судья, и военачальник, за исключением некоторых племен в Сирии, исповедуют ислам. Все такие племена называют бедуинами — в отличие от тюркских кочевников Средней и Северной Азии.
Халифат Мавритания обретал черты, его корону уже украшали – Кордова, Севилья, Валенсия и Гранада. Альгамбра красный замок — архитектурно-парковый ансамбль, расположенный на холмистой террасе в восточной части Гранады, развился во времена правления Насридов (1230—1492), при которых Гранада стала столицей мусульманских владений на Иберийском полуострове (Гранадский эмират), а Альгамбра — их правительственной резиденцией. В состав обширного комплекса, охваченного крепостными стенами с башнями, входят мечети, жилые дома, бани, сады, склады, кладбище. Внутренние дворики, переходы, фонтаны, водоёмы и каскады прекрасно сочетаются друг с другом. Изразцы керамики, резьба по камню и дереву, причудливые растительные орнаменты и арабская вязь образуют пышное декоративное убранство арок, сводов, изящных столбиков, стройных колонн и резных узорчатых окон, ставя Альгамбру высшим достижением мавританского искусства в Западной Европе.
Сокровища Альгамбры:
«Жемчужина Шах-Сафи» 513 гран.
«Агатовые Фигуры» – агат, цирконы.
«Бусы из хризопраза»
Застёжки - астериксы кабошонируют и вставляют в эксклюзивную коллекцию невиданных застёжек
«Вьющаяся под ногами Змейка Хитрюга» – 226 реликвия – работа Морица из золота, платины, серебра, чёрного граната – меланита, бирюзы-исхаки, искрящихся гиацинтов и малиновой перадоли. И вот – змейка неожиданная встреча, изящная хлёсткая, юркая и смешливая, шелестящая болью, проворная как поток, живая как божий день, игривая, но и опасная, нечленораздельно ухающая, стремимая прочь, непредсказуемо вьющаяся неуловимая витиеватая и нескончаемая. Под ногами – нежданного путника обречённого или осчастливленного по выбору. Хитрюга – неужели это розыгрыш, такая выпала судьба или надолго запоминающийся миг удачи – второй раз это точно невозможно.
«Хаюбима» – обалденная длиннющая перевязь из грушевидного жемчуга и меланита.
«Шайтанский переливт» – агаты, золото, серебро.
Золотые подвески-аграф – кольца - платина, агаты; пирамида - яшма, аквамарины; ромб - опал, аметисты; полумесяц - бриллианты, шпинель; свастика - хризолиты.
«Осмиевый фермуар» – топазы-империал, розовые лалы, хризолиты, зелёные александриты, смоляной янтарь, небесная бирюза
«Рубин Тимура» — название одного из знаменитых исторических камней, данное по имени его первого достоверно известного владельца Тамерлана. Название рубин является ошибочным, на самом деле камень является красной шпинелью. Масса камня 361 карат, он входит в ожерелье из более мелких шпинелей, покрыт старинной индийской огранкой, а также многочисленными надписями, позволяющими проследить его историю.
Ятага́н - укладывающий — клинковое колюще-режущее и рубяще-режущее холодное оружие с длинным однолезвийным клинком, имеющим двойной изгиб; нечто среднее между саблей и тесаком. Форму клинка нельзя назвать уникальной, поскольку вогнутый клинок с заточкой на вогнутой стороне имели махайра, фальката, подсайдашный нож, кукри, тесак, но именно у ятагана клинок не расширяется к острию, а сохраняет одинаковую ширину. Небольшой вес оружия около 800 г и достаточно длинный клинок около 65 см позволяет наносить рубяще-режущие и колющие удары сериями. Форма рукояти не дает оружию вырваться из руки при рубящем ударе. Металлический доспех высокой степени защиты ятаганом пробить проблематично, ввиду небольшого веса и конструктивных особенностей клинка.
«Железяка Хуева» - выловленная в сибирской реке из села Чугуева по произношению местных и хранимая как изюминка коллекции.
«Неумолчный Крик Ночной Птицы» – в основу сокровища положены многослойные цветные камни сардониксы, причудливо сочетающиеся во внеземной казалось композиции, бирюза-исхаки и перламутровый серо-голубой шпат – лунный камень.
«Меч Зульфака́р» - бороздчатый меч пророка Мухаммеда.
Налюбовавшись сокровищами Альгамбры, новые правители задумались, а что дальше? Арка, Констанцский мир, херувим, прилетевший со стерхами, позиции игроков Большой Игры – ситуация менялась. Шейхи спорили. Остановиться? Но остановка это смерть, движение – жизнь. Дорога дальняя – сделай паузу наберись сил.
— Большое – откусывай по частям, чтобы не подавиться, - говорил Альманзор.
— Новый материк, продолжим войну и дойдём до Лиона и Бельфора. Но сдаётся мне - надо крепче пускать корни, если мы хотим навсегда остаться на этой земле. Европа не похожа на землю наших предков – сливаться с местными народами сохраняя своё лицо и свою веру, вот так я думаю, - уверенно заявил Тимур, внимательно следя за лицами соратников и ожидая их поддержки.
— Торговля залечит раны войны! Маркитанты, негоцианты – у них нет лицензии на торговлю, однако у них всегда можно купить запрещенные товары, - сел на "любимого конька" неунывающий виконт Тинто Брасс. — Но главным жестом миролюбия станет приглашение банков. Надо пустить их сюда, они не будут мешать.
— Кого? Олигархов?
— Не обязательно самих, достаточно и капиталов, - прищурился шейх Мъяркур.
Альманзор требовал повысить налоги и увеличить численность халифской гвардии. Эллухайтэк расписывал, что в пустыне ему было откровение, и ангел велел верующим искать защитника на западе. Мъяркур сочувственно покачал головой – умалишенные, безумцы. Да, мало того, что защитника следовало искать на западе, так еще и не среди людей. Мол, Всевышний даст нам военачальника из волшебного народа аль-авалонэ, сумеречников.
— Да-да-да. Конечно. Воистину, безумцы. Осла надо привязывать! Войско набирать, то есть!
Халиф Бад Альманзор, услышав про херувима, в сомнении помахал головой, добавив:
— Ангелу не нужно без необходимости забивать голову разными проблемами. А вот ваши дикие шейх отпугивают людей, а нам надо народ привлекать! И что за имперский сан церемонийместер, это как понимать?
— Достойнейший халиф, неужели вы думаете, что я делаю что-то просто так? Пока вы тут застряли между Англией, Испанией и Европой, я – сановник Российской Империи и моё дебютное Шоу Арки имело успех и запомнилось народу, поверьте яркое шоу не хуже войны.
— Дикие пугают людей и не надо использовать их в тактических операциях, вот когда начнётся настоящая бойня, тогда они пригодятся - рассуждал Альманзор.
— А война никогда и не заканчивалась, - Сулима пожал плечами. - Эти наемники всю жизнь кочуют из одной армии в другую, ведь война это их работа.
Равиль Тинто Брасс, вторя ему, выложил свой козырь, напомнив о Пьере Хомунаптри:
— Многоуважаемые! В то время когда я встретил смелого и справедливого Тимура, слава Аллаху, он осветил мой путь - я не знал, что с вами такая могучая сила, вот вас трое, и я теряюсь, от кого из вас больше исходит силы, мужества и величия?! Тимур для меня как брат, Бади - учитель, а Сулима, наполнен могучей силой и дикостью исходящей от самой первозданной земли. Я знаю ещё одного такого же человека – это хозяин города проклятых курфюрст Хомунаптри, и британцы могут сильно не успеть к разделу пирога, если вы втроём приметесь его делить. Ха-ха!
— Ты думаешь? – засомневался Эллухайтэк.
— Дети - вот что даст нам будущее! – придумал Бад Альманзор, — Отдам приказ – каждый мавр, араб, бедуин, сарацин, бербер, воин и кочевник если он не в сражении, то с женщиной и пусть наши дети растут на новой земле от всех встречающихся на ней матерей, чем больше, тем лучше!
— Это предложение мне нравится! – Сулима поправил строенное хозяйство, а Тинто Брасс прикинул, ежедневно ли выполняет новый указ халифа.
К шейхам впустили визитёра.
— Кто это такой?
— Рамиль, мусульманином назвался.
— За слова надо отвечать?
Влетел Рамиль и бухнулся на колени:
— Ханы вижу в вас великая сила, которая может противостоять русскому хаосу, опускающемуся над континентом.
— Русских, мы с ними не воюем!
— На самом деле воевать в Испании хотят многие русские офицеры, но им не разрешают.
— Ты же сам русский, почему против своих идёшь?
— Я татарин, вольный человек.
— Татарин? Тот же русский, все вы одинаковы под своим императором.
— Не скажите уважаемый, русский татарину не брат!
— Да неужели? Что ж так плохо, и что, ты предлагаешь нам?
— Мечом всё время махать не будешь, надо закреплять завоевания верой.
— Создать разветвлённую сеть организацию "Братья-мусульмане" с целью распостранения мусульманства и вербовки преданных её делу бойцов для выполнения любой поставленной перед ними задачи.
— Ну что ж тогда проходи "брат". Скажи есть у тебя верные люди, готовые пожертовать собой ради святого дела?
— Найдутся!
— А я предлагаю снарядить флот и по воде завоёвывать страны, можно арендовать дивный корабль, воюющий под знаменем Интернационала, - Равиль Тинто Брасс вопросительно оглядел Бада Тимура и Сулиму. — "Скидбладнир" называется.
— Твой учитель говорит тебе, не зарывайся, мы посланы как передовой отряд Империи "Б" и принесём ей победу. Безо всяких кораблей! – не любил Альманзор корабли или недооценивал.
— А вот и наша долгожданная спутница! Приветствуем тебя, вечерняя благоухающая звезда с Темзы!
С лёгкостью и в непонятном настроении вошла Медея, оглядела всех и рассмеялась:
— Четыре татарина и одна армян, все в сборе. Показывайте моё украшение.
— Приданое давно собрано и уложено в ожидании вас захватывающая лаской Медея! – первым брякнул Тинто Брасс.
— Ага, ничего там и нет. Знаю я вас охотников, вам бы только девушке голову вскружить, а как до семьи доходит - сразу в кусты.
На подушечке из роскошной ткани лежал, перемигиваясь с дневным светом «Понтюар Медея». Медея наклонилась, потом встала на колени, рассматривая и примеряя драгоценную ладью. Мужчины довольные ждали, когда она насмотрится.
— Чтобы жемчуг не старел, его необходимо носить, - назидательно сказала строгая учительница и жадно схватила, примеряя вешицу.
— Выбирай же лучшего из нас, мы готовы доказать это в битве! – явно переигрывал Сулима с удовольствием встав на колени рядом и руками показывая как бъётся его дьявольское сердце. Медея чуть вгзглянув на поверженного у её ног Сулиму, тут же вернулась к понтюару и, гладя камни скромно ответила:
— Я не такая. Я жду трамвая.
Спустя минут двадцать, точно убедившись, что понтюар никто не отберёт, Медея развязала скатерть, распустила вышивку, вдела пропитанную чернилами нитку в иголку.
— Скатерть Альгамбра! – только изрекла она, как дивная красотища улеглась на огромный стол, эмиры, раскрыв рот, не могли издать ни звука, покуда над скатертью мягко шумело и налегке парило воздушное пространственное то ли облако то ли голография, а то ли иллюзия – просто картинка, плавно оседающая на поверхность ткани. Понтюар на Медее слепил глаза, скатерть Альгамбра заполонила сознание и тогда заводной греховный магистр Сулима достал и у всех на глазах стал застёгивать на шее «Ошейник зверя». Бади замахал на него рукой:
— Остановись безумный! – но куда там, Мъяркур уже дёргался как в конвульсиях, ошейник кроваво алел и пульсировал, шейх дико заорал, халиф и султан, представляя чего ждать, недовольно вышли из зала, Тимур терял терпение, а Бади думал, один умалишённый в их тройке всё-же не помешает. К Сулиме залетели трое здоровенных воинов, и начался танец, самозабвенный, дикий, первозданный, ритуальный – "Танцующий Сулима". Отключая реальность, четвёрка билась и покачивалась, замирала и кружилась, стонала и всхлипывала, Мъяркур сначала кидался на них, завязалась драка, с элементами безумия, выпендрёжа и сладострастия, но потом все ожесточились, матёрый зеленокожий орк безжалостный и настойчивый раскидал остальных, одолев в драке и Сулиму. К сожалению, искусство перелилось в очередную оргию, Медея побоялась участвовать в ней, и чтобы Сулима совсем не сходил с ума привели девушек, так всемером шейх в ошейнике и призванная шестёрка вытворяли кровосмесительную порноеретическую жуть.
Покинув шейха, султан и халиф на что уж выдержанные правители, но и их глаза горели, отражаясь сокровищами Альгамбры, Тимур неотрывно смотрел на «Крисстус» – это изделие имело христианскую сущность, и поэтому он взял другое – реликвию «Квентиарос» с морем, алмазами и лунной дымкой, в одной руке держа "Квентиарос", а другой, вытащив саблю, вскричал:
— Вот моё главное сокровище!
Альманзору приглянулся «Кохинур», а Равиль ухватил две вещи – «Юного Шахта» и «Дэвида Копперфилда», для виду спросив:
— Можно я возьму эти две вещицы?
Медея, появившаяся, словно из темноты, вкрадчиво и приобнимая его за грудь проворковала:
— А ты сынок, ранцы не попутал случайно?
Тинто Брасс неожиданно залился краской, но по мере вскипания всё глубже запихивал в сумку обе фигурки, "Копперфилд" не влазил и он упаковал его, обвязав шапкой.
— Давно ли ты парень бегал у русских напобегушках? А теперь присваиваешь британские сокровища? Ты руки когда мыл в последний раз? Положи и не трогай!
Тинто Брасс отодвинул полную сумку и не отпускал так опрометчиво положенную Медеей руку ему на грудь, крутанулся, обхватив красивулечку за плечи и прижимаясь своей гибкой и литой талией – резидентка ощутила биение его полнокровного и упругого как плеть пульса в нескольких точках, в том числе и ниже пояса, поезд тронулся господа присяжные заседатели. Равиль состроил свои тёмные ****ские глаза и, не отрываясь, стал целовать волчицу в женском обличии, и шатенка попала – как легко красавицы сдаются! Дело приобретало нешуточный оборот, когда оргия с ошейником у соседей, разбив стеклянные двери, вломилась к ним, вопящий исцарапанный Сулима в кровоподтёках, двигающийся, словно в конвульсиях и дёргая тазом, голым демоном неистовствовал, его красные глаза не различали уже никого. Равиль не собирался ослаблять хватку, лишь только Мъяркур упёрся своим чёрным болтом в Медею, Равиль сожалея, стал отходить в тень, битва с дьяволом не входила в его планы.
— Армяночка мы ещё увидимся, не хочу делить тебя с этим черномазым людоедом.
Он схватил сумку с двумя статуэтками, поправляя заодно своё обрезанное сокровище, и вышел в комнату правителей.
— Ах, ты пиzdёныш, сейчас утолю жажду с красавицей, и тебе достанется, будешь в ногах у меня валяться, - прорычал Мъяркур.
Медея обиженно и недобро взглянула в спину Равиля, но тут-же попала в неистовую хватку гориллы с ошейником, а любовь бесконечна.
За тех, кто в апогее
(на мотив песни «За тех, кто в море»)
Когда я тебя обнимаю
Идя к апогею любви
Тебя я тогда хорошо понимаю
Но ты меня тоже пойми
Ведь только пройдёт апогея
Ещё захочу ласки я
Придётся тогда, шевелится быстрее
Трудиться до боли любя
Вдвоём с тобой!
Мы в сладком мире
А близость наша – разбой
Что хочешь, делай со мной
Но будь добра!
На пьяном пире
С другими не балуй, любви не ищи ты
Грешить будешь после со мной
Когда ты совсем перестала
И руки ослабли твои
Но ты не остыла, а просто устала
Двенадцать минут отдохни
Потом полюблю тебя жарче
В тот миг, позабыв обо всём
И пламя любви засияет в нас ярче
Мы в вечность вдвоём поплывём
Вдвоём с тобой!
Мы в сладком мире
А близость наша – разбой
Что хочешь, делай со мной
Но будь добра!
На пьяном пире
С другими не балуй, любви не ищи ты
Грешить будешь после со мной
Рамиль возвращался в Россию, южнее гор Хомунаптри минуя пустыню через оазис Земейки Симбалта. Он скакал на родину и при этом радовался как нашкодивший ребёнок, ай да Рамиль – ты опять пригодился "восставший"! "Братьям-мусульманам" – помочь расселится, обустроиться, завязать контакты. Как же он любил такое дело – взрывать устои, создавать новое на обломках старого, главное вовремя найти спонсора на новую компанию. Зачем ему это надо было? Патологическая подозрительность – всюду он видел врагов и считал, что над ним все насмехаются, издеваются над его видом и происхождением, а тех, кто делал ему добро, он с лёгкостью предавал. Дурной от счастья, татарин забыл посмотреть на окно конспиративной квартиры в Земейки Симбалта, стоял ли там цветок, а цветка там и не было. Он понял, что за ним следят, когда поднялся на второй этаж, но было поздно:
— Вы ошиблись, вам сюда! – услышав это, он попытался скушать яд, но ему врезали по губам и заломали руки.
— Вот ты и попался тварь позорная! – к нему без обиняков вышел Гуго Фаберляйн. Рамиль не ожидал увидеть самого воеводу, поджилки тряслись, но он ломал дурочку:
— Зря вы так я могу быть вам полезен, я много знаю.
— Скольких же ты так продал, предал ни в чём не повинных людей?!
— Это ложь! Я никого не продавал, я революционер, я восставший из бани!
— Какой ты к чёрту революционер! Сволочь ты и засранец! С тобой и говорить то тошно – твои слова ничего не стоят.
— Я вам докажу что это не так!
— Ты же капитан российской армии, как и я, почему в тебе столько дерьма и подлости? Не верю, что татары такие! Тебя столько раз прощали, а гавно, так и прёт с тебя! Как такое чмо капитаном стало? Позор для всех нас и урок на будущее.
— И что тебе не жилось? Прыгал по городам, бунты устраивал – не трогали же тебя, думали, перебеситься может человеком станет. А ты родину продал! Всё с тобой цацкались и в Тбилиси и после Саркофага, думали ты поймёшь, ан нет, такая сволочь уродилась! Зачем ты хочешь стравить народы? Что тебе горе мало? Знаешь, сколько его ещё будет, в карманах не унести!
— Я вам расскажу всё что знаю, я много знаю и покажу и поведу и буду сообщать, и буду молиться за вас, а хотите я вам ноги лизать буду? – Рамиль заплакал от жалости к себе.
— Птфу-ты! Замолчи, не унижай меня. Я слышать такое паскудство не слышал, как тебя земля носит? Бить тебя, да ты итак всё расскажешь и всё сделаешь, беда в том, что такой мразью придётся воспользоваться.
— Спасибо, большое спасибо вам! – тараторил "восставший из бана" вытирая сопли.
Воевода неудержался и пнул его:
— Не благодари, замолчь и запомни – ты живёшь только потому, что так мы спасём многие жизни от ошибок и предательства, я надеюсь.
— Ваше Превосходительство, господин воевода! Я могу вам рассказать, что думают и делают мои братья – татары!
— Паскуда не называй меня воеводой предатель, заткнись и не трогай татар! Пусть живут спокойно, это наши братья, как и царь Эльмар! Ты – засланец от братьев-мусульман, вот и делай своё дело и сообщай обо всём нам. А мы уже сами разберёмся чё к чему, капитан Рамиль, б-б-бляdь! – сквозь зубы процедил Гуго Фаберляйн – воевода и капитан российской армии. — Мне тайный советник предложил с тобой поговорить, я не поверил ему, думал, врёт ариец, тебе верил. Ладно, всем нам урок будет. А ты мразь живи, ещё своего Лито встретишь, вот друг другу жопы лижите – гаже вас двоих нет на нашей земле, - воевода вышел, вымыл руки, сполоснул лицо, перекрестился, тяжело вздохнул и, выйдя на солнце, зажмурился от яркого и доброго света сменившего мрачный дух комнаты подлейшего существа. Рамиля выпустили, его не били не мучали, он всё рассказал сам, выложил как на духу. В очередной раз предал и был чист от сознания, что всем обо всём рассказал. Только помои преследовали его, пока он бежал по улице, с тех пор имя Рамиль никому не стали давать при рождении. Пока Рамиль убегал от городских мальчишек Земейки Симбалты плевавших в него, Пьер Хомунаптри – воплощённый Сетом достал свой огромный шланг и поливал и умывал вслед Рамиля скопившейся за два дня мочой:
- Получай сволочь за батяньку мого названного - графа Суперрегистра! Попил ты у него крови! – с тех пор моча въелась в сущность обоссанного Рамиля, "восставшего из бана".
BlackSun_rus, так кажется не только тебе
Егор Шатров, ты весь этот текст сам набираешь или просишь кого?
И кстати, какие отзывы получило твое произведение на специализированных литературных сайтах?
Дамы и господа!
Не нужно мешать.
Егор Шатров - человек тонкой душевной организации.
А мне одному кажется что делать тебе здесь нечего, пошёл вон с моей книги а своё мнение засунь себе в фейсбук на гибкие диски.
Напрасно, паззлы а кому-то и клизмы ещё будут складываться, читай дальше.
P.S. Старушке Сангёрл - не нравится не читай - когда будет про тебя "мою невесту-весту", я скажу, кстати ты что хочешь сама понабирать мне текст - давай, зачем спрашиваешь и что тебе надо - ты уже пару раз трендела тут, я понял что ты недруг - иди стороной в дальнее замкадье - если тебе не нравится что ты тут делаешь? Мне книга нравится, что вам надо - мне не интересно, чьи отзывы - таких же сангёрл и чёрныхсанрус? Эта книга об альтернативном мире существующем параллельно с нашим, вы говорите так не бывает? Поживём - увидим. Графомания, да хоть "вайдахопериджоппинг", как хотите называйте, мне посраtь, где у вас глаза, где мозг, они вообще то есть?
Главный отзыв - нереальное многоплановое и оттого местами неоднозначное прорывное произведение пилотный проект, охватывающий историю, политику, интернет общение, игру, жизнь, сплетающийся в океан фантазий, это и раздумья, ирония, смех сквозь слёзы, мечты и надежды, высказанные очень оригинальным способом, невообразимый мир автора и если вчитаться проникнуть в него - улетаешь в водоворот который становится частичкой твоей жизни, а бедные и глупые духом утритесь своими застиранными носовыми платками - это не для вас, мечтать и смеяться над недоверчивыми и обыденными - овечки, жуйте травку, пастух пришёл!
Афро ты и себя туда подставь заодно - человек тонкой душевной организации.http://lurkmore.to/%D0%9D%D0%B0%D1%8...B5%D0%BB%D1%8C
Ваши права
Ответить с цитированием
...в противном случае, как ни печально, забвение 
